Анатолий ЩЕЛКУНОВ. Дипломат России
       > НА ГЛАВНУЮ > ФОРУМ СЛАВЯНСКИХ КУЛЬТУР > СЛАВЯНСТВО >


Анатолий ЩЕЛКУНОВ. Дипломат России

2018 г.

Форум славянских культур

 

ФОРУМ СЛАВЯНСКИХ КУЛЬТУР


Славянство
Славянство
Что такое ФСК?
Галерея славянства
Архив 2016 года
Архив 2015 года
Архив 2014 года
Архив 2013 года
Архив 2012 года
Архив 2011 года
Архив 2010 года
Архив 2009 года
Архив 2008 года
Славянские организации и форумы
Библиотека
Выдающиеся славяне
Указатель имен
Авторы проекта

Родственные проекты:
ПОРТАЛ XPOHOC
ФОРУМ

НАРОДЫ:

ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
◆ СЛАВЯНСТВО
АПСУАРА
НАРОД НА ЗЕМЛЕ
ЛЮДИ И СОБЫТИЯ:
ПРАВИТЕЛИ МИРА...
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
БИБЛИОТЕКИ:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ...
Баннеры:
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ

Прочее:

Анатолий ЩЕЛКУНОВ

Дипломат России

Историческое повествование

Часть первая

Из последних сил

 Основной состав посольства на барках поплыл вверх по реке, преимущественно побочными рукавами, заросших камышом. Лошадей отправили с частью отряда, возглавляемого Бородиным. Есаул-баши клятвенно заверил, что сопровождающие хивинцы помогут отряду дойти в Ургенч через восемь дней.

 Плавание для всех было настоящим испытанием физических сил. Барки тащились большей частью бичевой, как на картине Репина «Бурлаки». Нестерпимая жара, превышающая сорок пять градусов в тени, при беспощадных атаках насекомых доводила людей до отчаяния. Эти мучения, длившиеся в течение двух недель, пагубно отразились на здоровье многих, в том числе и самого посланника. Когда баркас причалил к берегу, он обратился к вестовому и камердинеру:

 – Я что-то совсем обессилил. Меня доконал этот понос, вновь кружится голова. Как бы опять не случился обморок. Прошу, помогите мне выйти из барки.

 Дмитрий, сидевший рядом с барином, вскочил с места и стал помогать. Тут же подоспел Ерёмин, и они, подхватив Николая Павловича под руки, вывели его на берег.

 – Ваше превосходительство, – глядя на графа глазами, полными жалости, начал вестовой, – от проклятого поноса страдает чуть не вся наша команда. У некоторых он даже кровавый. И я, хотя привык ко всякому, тоже, похоже, начинаю заболевать. Но я вас вылечу. У меня есть сушёные травы, заварю их, и настой, как рукой снимет ваш недуг. Но на всех моих трав не хватит. Будем хивинцев просить, чтобы посоветовали, чем здесь лечат эту хворь.

 – Это от того, что не слушали меня, когда я предупреждал, что не надо пить некипячёную воду, – проворчал Дмитрий, то ли имея в виду всех страждущих, то ли своего господина.

 Не в характере Игнатьева было падать духом. Усилием воли он заставил себя собраться с силами. Однако отсутствие отряда Бородина с лошадьми привело его в крайнее беспокойство. Посольство уже дошло до Хивы, но никаких признаков исчезнувшего отряда не было. Неотступно сопровождавший посольство высокопоставленный ханский чиновник Диван-беги лукаво заверял, что отряд с часу на час должен подойти. Потеряв всякое терпение, Николай Павлович категорически объявил ему:

 – Диван-беги, я решительно заявляю, что не поеду представляться хану на других лошадях, кроме как на своих!

 – Ваше превосходительство, – с угоднической улыбкой на лице обратился он через переводчика, – не извольте беспокоиться! Ваш отряд и лошади должны подойти сегодня же.

 Оказалось, что Есаул-баши, вероятно, выполняя указания хана, попытался раздробить силы посольской миссии: направил Бородина по такому пути, где его отряд из-за разливов реки мог бы застрять надолго или погибнуть. Сопровождавшие его хивинцы ложью, мошенничеством и воровством оставили людей без продовольствия и фуража. Вместо того чтобы указать отряду путь вверх по реке, они отправили его в противоположную сторону. Здесь проявилось всё вероломство и коварство хивинцев.

 В противоположность им отлично зарекомендовал себя Назар, сын Исета, который был вместе с Бородиным. Он первым доскакал до флотилии. Затем вернулся к посольству, доставив письма от Бутакова. Увидев его подъезжающим к палатке Игнатьева, сотрудники мисси в первую минуту подумали, что из-за вероломства и злонамеренности хивинцев только ему удалось спастись. Дмитрий, быстро войдя в палатку графа, с тревогой в голосе доложил:

 – Ваше превосходительство, Назар прибыл к вам с посланием!»

 – Митя, скажи ему, пусть сейчас же войдёт! – приказал Игнатьев.

 Войдя с поклоном в палатку и поприветствовав посланника поклоном, приложив правую руку к груди, Назар бережно вынул из халата запрятанные письма и предал их графу. После того, как Николай Павлович ознакомился с ними, Назар рассказал о том, что пришлось претерпеть отряду Бородина из-за проделок хивинцев. Николаю Павловичу нравился этот молодой казах, как две капли воды, похожий на своего отца. «Должно быть, таким в его годы был Исет», – думал он, глядя на его ладную фигуру, загорелое лицо с гладкой, словно глянцевой, кожей. – Если бы он был без халата, то с его фигуры скульптор мог бы лепить античного героя». Хивинцы боялись батыра Исета, больше чем русских, поэтому не осмелились арестовать его сына. Их льстивые уловки не сломили решимости Назара, во что бы то ни стало догнать посольство и доставить письма.

 Из письма Бутакова следовало, что ему с большим трудом после многочисленных попыток удалось найти рукав реки, по которому он смог продвинуться до Кунграда. Письмо для конспирации было написано на французском языке. Своим признанием он фактически дезавуировал свои прежние донесения в Петербург о полной готовности флотилии и детальной проработке маршрута. Он жаловался на отсутствие достаточных запасов антрацита, на обманы хивинцев и недоброжелательство Есаул-баши. По этим причинам он не видел возможности подниматься вверх по реке. Но пароход не мог оставаться в Кунграде из-за ожидаемого падения уровня воды. Застрять здесь, писал он, значит обречь более ста человек, которые находятся с ним, на голодную смерть при отсутствии необходимого продовольствия и враждебности населения. Бутаков считал совершенно необходимым, как можно скорее, пока не спала в реке вода, спуститься ближе к морю, где он будет ждать посольство в случае невозможности продолжать поход в Бухару. Дочитав письмо, Игнатьев подумал:

 «Очевидно, Бутакову улыбалась мысль при неудаче посольства явиться нашим спасителем для возвращения в Россию, и тем оправдать свои промахи перед петербургским начальством. Главная ошибка капитана I ранга заключалась в том, что, придя в Кунград, он должен был не гасить паров, а немедленно следовать за нами, когда основной отряд был на расстоянии пятидесяти верст. Вместо этого стал принимать на пароходе Есаул-башу, повёл с ним бесполезные переговоры, будто он дипломат, а не командир судна, везущего чиновников посольства и подарочные вещи».

 Посол распорядился накормить Назара и дать ему возможность отдохнуть. А сам сел за раскладной стол и принялся писать письмо Бутакову. Непросто было найти правильное решение в создавшейся ситуации. Начальник флотилии, хотя и проявил нерадивость при подготовке к экспедиции и направлял в Петербург шапкозакидательские сообщения о готовности судов, всё же сумел проделать полезную работу, выполняя указания Игнатьева. Он исследовал всё устье Амударьи, собрав попутно сведения об её рукавах. Об этом он писал в своём письме. Можайский помог составить описание верхней части реки. Опытный топограф, оставленный на флотилии, сделал глазомерную съёмку рукавов до Кунграда и выше по течению. Струве определил астрономически ряд пунктов на обширной территории. Не ведая о планах Сеид-Мохаммеда и опасаясь за судьбу людей, находящихся на судах, при откровенно враждебном отношении хивинцев, Игнатьев разрешает Бутакову отплыть к устью Амударьи. Он просил его организовать отправку Можайского и остальных членов мисси с конвоем и подарочными вещами на лодках к основному отряду в Хиву. Поручил запастись достаточным продовольствием и углём, и, оставаясь на «Перовском» до возможного распоряжения, подняться вверх по реке, если в результате переговоров с ханом на это будет получено согласие. Во избежание столкновений экипажа с местным населением было рекомендовано не отпускать людей на берег.

Вернуться к огравлению книги

 

 

 

СЛАВЯНСТВО



Яндекс.Метрика

Славянство - форум славянских культур

Гл. редактор Лидия Сычева

Редактор Вячеслав Румянцев