Звонка Зупанич Славец
       > НА ГЛАВНУЮ > ФОРУМ СЛАВЯНСКИХ КУЛЬТУР > СЛАВЯНСТВО >


Звонка Зупанич Славец

2008 г.

Форум славянских культур

 

ФОРУМ СЛАВЯНСКИХ КУЛЬТУР


Славянство
Славянство
Что такое ФСК?
Галерея славянства
Архив 2014 года
Архив 2013 года
Архив 2012 года
Архив 2011 года
Архив 2010 года
Архив 2009 года
Архив 2008 года
Славянские организации и форумы
Библиотека
Выдающиеся славяне
Указатель имен
Авторы проекта

Родственные проекты:
ПОРТАЛ XPOHOC
ФОРУМ

НАРОДЫ:

ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
◆ СЛАВЯНСТВО
АПСУАРА
НАРОД НА ЗЕМЛЕ
ЛЮДИ И СОБЫТИЯ:
ПРАВИТЕЛИ МИРА...
БИБЛИОТЕКИ:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ...
Баннеры:
Суждения

Прочее:

Звонка Зупанич Славец*

Русская часовня - в память и предостережение поколениям. Дорога на Вршич, русские военнопленные и Русская часовня

(1915-1917)

Там земля наша вскипела,
В небо, вздыбясь, поднялась
да с разгону под звездой
замерла большой волной...

Отон Жупанчич, На поезде

Так сказал поэт. На склонах Юлийских Альп, у дороги на Вршич, в укромном тихом месте стоит Русская часовня, построенная в память и предостережение грядущим поколениям об опасностях, которые таят в себе могущественные скалистые горы. Многие народные сказки, например, о Златороге, тоже предупреждают о капризах высокогорья.

На гребне горы, чьи стены круто нависли над долиной реки Соча, паслись белые козы, сторожа вход в королевство белых женщин. Завидев непрошенного гостя, козы сердито начинали сбрасывать копытами камни с побочья горы. Вожаком у них был высокий стройный козерог -золотые рога, которого так и звали - Златорог. Белые женщины своими чарами заколдовали его, так, что никакая опасность ему была не страшна. Случись, заденет его пуля охотника, то куда бы ни упала капля его крови - хотя бы и на голую скалу или на ледяной снег, там тут же вырастала триглавская роза, цветок, обладавший чудесной целебной силой. Съест козерог лист того цветка и сразу выздоровеет, даже если пуля попадет прямо ему в сердце.

Но главная волшебная сила была сокрыта в его рогах. Тому, кто убъет козерога и возьмет один из его золотых рогов, достанется ключ от всех кладов, где хранится золото и серебро, под неусыпным оком сторожащей их многоголовой змеи на горе Богатин... 1)

 

Введение

Природа в своих недрах таит тысячи тайн. Открытие этих тайн, порой, чревато большими бедами для людей и нарушением равновесия в самой природе. Разрушительные землетрясения, ураганы, ломающие деревья, оползни и опустошительные пожары - стихии, которые со всей внезапностью обрушиваются на нас свыше, верша свое страшное дело. Однако время постепенно сглаживает разрушения, которые вскоре становятся незаметными для человеческого глаза. Военные вихри, посеявшие смерть и разрушения в королевстве Златорога, оказались похуже природных катастроф. Восстановить нарушенное равновесие в природе, наполниться новыми силами из сказочной триглавской розы, помог сказочный Златорог, владеющий секретами самообновления. Раны земли заросли, на соседних склонах вновь поселились гамсы, вернулись птицы. Лишь в скорбном лике айдовской девушки запечатлелась вечная печаль по многочисленным жертвам безумной войны, бушевавшей в окрестностях дороги на Вршич.

// 56

Из этнографической сокровищницы

Идиллический горный пейзаж в центральном массиве Юлийских Альп с невероятно живописными, высящимися в небо громадами - живое олицетворение неповторимого величия и красоты природы, от которой у приезжающих сюда туристов захватывает дух. А если подняться из Верхнесавской долины через Краньску Гору, бывшую деревню Боровшко, мимо Клина и долины речки 2) Крница, пересечь поросшие лесом склоны у подножия гор Шкарлатна и Разорана, теперь называющихся Шкрлатица (2740 м) и Разорье (2601 м), пройти под массивным, мощно выступающим вперед «однооким великаном», которого когда-то называли Присойна гора, а теперь Присойник (2547 м), (в народе - Присанк), то нельзя не испытать глубокого чувства потрясения исключительной красотой этого нетронутого горного уголка природы. Хороший ходок за час поднимется от Краньской Горы до перевала, в свое время называвшегося Краньское седло (1611 м). Оттуда через золотом окрашенный осенний лиственничный лес взгляду путешественника открывается панорама многочисленных вершин, окаймляющих долину реки Сочи. Через этот, самый низкий, перевал, соединяющий долины Савы и Сочи, являющийся водоразделом между Черным и Адриатическим морями, уже издавна ходили местные жители с нагруженным товарами конным обозом или пешком. По преданию, как-то раз стадо гамсов вызвало сход большой снежной массы под горой Присойна. Обозники, шедшие к перевалу по направлению к Тренте, едва сумели избежать грохочущей смертоносной лавины. А спасла их айдовская девушка, жившая на скалистом Присанке. Она расчищала снег, указывая безопасный путь. 3)

Был ли известен Вршич древним народам, сменявшим друг друга на территориях этой части Европы, захаживали ли они в эти дикие места, мы не знаем, ответ на этот вопрос, возможно, дадут когда-нибудь археологи. Местным жителям вход в эти небезопасные места преграждали самые различные легендарные существа, а также дикие звери. Скорее всего, уже много столетий назад, первыми побывали в этих краях самые храбрые из охотников, отыскавшие давно забытые теперь переходы, проложившие новые тропы в самые укромные уголки Вршича. За ними уже пришли пастухи, которые пасли здесь коз и овец, так со стороны долины Тренты возникли альпийские пастбища - Краньска планина. Люди открыли для себя пустынный, зачарованный край вокруг невероятно чистой, зелено-голубой речки Соча. Сюда за лекарственными травами захаживали знахари, искатели полезных ископаемых и кладов, обещанных древними легендами и сказками. В средние века в долине Тренты появились первые поселения, но жизнь в этом диком, пустынном, суровом крае оказалась очень нелегкой. Жившим здесь людям за всем необходимым приходилось идти в деревню Боровшка (Краньска Гора) по долгому, почти в целый день, пути через перевал Вршич на ту сторону. Там они в замену за шерсть, кожи и сыр могли приобрести необходимые товары. В 16 веке в Тренте начала развиваться металлургия, повлекшая за собой неизбежную

// 58

вырубку лесов. К концу 18 века развитие отрасли заглохло, оставив жителей края влачить крайне жалкое материальное существование.4)

Горный массив над Кранской Горой упоминает уже Янез Вайкард Вальвазор в своей книге «Слава воеводства Краньского» в 1689 г. Присойник он называет Краньска гора, подчеркивая, что он никогда не снимает своей снежной шапки, поэтому относится к горам, покрытым вечными снегами. Он пишет также, что через Присойник существует небольшой проход, по которому можно пройти, правда, только на четвереньках, но зато по нему можно быстро попасть в Бовец, до которого, в противном случае, надо добираться вокруг, а это очень далеко. Хотя, через действительно существующее Окно в Присойнике, вряд ли можно было пройти, и наш великий путешественник и энциклопедист это приблизительное описание на практике, скорее всего, не проверял.5)

Характерная для 19 века идиллическая жизнь в альпийских лугах краньскогорских и трентарских крестьян, которые пасли мелкий скот на редко встречающихся лугах под Присойником, Мойстровкой, Яловцем и другими высокими горами, расположенными вокруг Вршича, сохранилась еще лишь в запущенных яслях и за оградами нескольких пастушеских хижин. Под Вршичем единственный довольно большой дом был у пастухов в поросшей травой долине под перевалом со стороны Тренты. 6) Одинокий пастух или пастушка доили овец и коз, делали простоквашу к ежедневным жганцам - простой еде из муки - готовили чудесный творог и круги сыра на долгую холодную зиму. Кроме сыра и творога скромный крестьянский обед мог включать еще, может быть, картошку - в Тренте ее называют - чомпе, которая вырастала на небольших участках земли, заплатами

// 60

разбросанной по долине. Пастухи прекрасно знали свое пастбище: знали каждый пучок густой травы, каждый кустик, в скромной местной природе выраставшие почти из голого камня. И конечно, им были известны все ручейки и источники, где можно было утолить жажду, напившись чистой воды с гор. Пастухи обувались в деревянные цокли (тяжелые ботинки без пятки - прим. перев.) - с углублением в середине нижней части подошвы; в них они себя более уверенно чувствовали на скалистой почве и на осыпях. Из овечьей шерсти шили себе теплую одежду, а меховые шкуры служили им постелью.

 

Избыточность природы

Ласковое тепло летних месяцев дождевой каплей пробудило многокрасочное разнообразие горных цветов, показавшихся из щелей и трещин в скалах: эдельвейсы - планики или очницы, триглавские розы, рододендрон - по местному - равшье; и крупный энциан -сведрц, и малый энциан - заспанчек, который матери клали под подушку детям, чтобы те лучше спали, желтый аурикель - прекрасный еглич, что чудесным образом вылечил вилу Шкарлатицу и другие.7) Маленькие цветочки -радовали глаз, на них не могли насмотреться и искушенные знатоки ботаники. Так, врач, лечивший рудокопов из Идрии, французский бретонец Бельсазар Аке (Belsazar Hacquet, 1739-1815), который первым описал чугуноплавильни в Тренте, а также занимался минералогией, не смог устоять перед альпийскими красавицами: он вдоль и поперек исходил Юлийские Альпы, готовя карту, встречающихся там минералов, а также описал альпийскую флору. Свои изыскания по ботанике он собрал в первой книге подобного рода, вышедшей в княжестве Краньском -Plantae alpinae carniolicae (1782). Его считают первым исследователем Восточных Альп, зачинателем альпинизма у нас и большим другом словенцев. В память о нем в Любляне на улице Горни трг, на доме № 4 установлена мемориальная доска.8)

Идиллические картины природы и мужественная сила горных альпийских великанов привлекала к себе многих чужеземцев, новых людей, которые селились среди местных, привыкших к райской красоте окружавшей их природы - радовавшей глаз, но сулившей далеко не легкую жизнь. Великий английский химик и физик сэр Хамфри Дэви (Humphry Davy, 1778-1829), открывший в 1800 г. один из первых анестетиков оксидул, уже с первой своей встречи с Юлийскими Альпами полюбил их на всю жизнь. В 1819, 1825 и 1826 гг., как друг словенцев, он приезжал в Подко¬рен, ходил там в горы, описал их красоту в своих записках, издание которых впервые познакомило с ними широкую публику в мире. В Подкорене прохожий может остановиться и прочесть о великом англичанине на установлен¬ной там мемориальной доске.9)

Местная флора вдохновила и французского ботаника Албера Буа де Шесна (Albert Bois de Chesne, 1871-1953). Восторженное созерцание альпийских лугов и дружба с Юлиусом Куги привели его к идее создания альпийского ботанического сада Alpinum Juliana. Открытый с 1926 г. в Тренте, он представляет всю пестроту

// 62

и разнообразие произрастающей в Альпах флоры, насчитывая в настоящее время около 900 видов цветов. Среди них и колокольчик Цойза (Campanula zoysii), открытый и названный так в честь ботаника Карла Цойза, брата более известного Жиги Цойза.10) Об основателе ботанического сада в Юлиане напоминает мемориальная доска, установленная в 1958 11)

Королевство Златорога населяло и множество различных видов животных, среди них -самые величественные их представители - козерог и гаме. Оба славятся исключительной грациозностью движений и способностью к выживанию в диких горных условиях. С козерогом связано много легенд. Сказку о Златороге альпинисты и походники передают из уст в уста, из поколение в поколение. Охота, бывшая привилегией цесаря и осуществлявшаяся под надзором специально охранявших его егерей, всегда привлекала к себе и местных жителей - их называли дикими охотниками. О них и их находчивости до сих пор рассказывают массу историй.

 

От походов в горы к альпинизму

Подобное же воодушевление над миром гор и любовь к его обитателям вдохновляла двух коллег - юристов по образованию и писателей, словенцев по происхождению, д-ра Юлиуса Куги (внука знаменитого поэта Й. В. Косеского, который в 1844 году впервые в печати употребил название Словения) (Julius Kugy, 1858-1944) и д-ра Хенрика Туму (Henrik Tuma, 1858-1935).

Многочисленные их последователи, словенские любители гор, любя называли этих энтузиастов, первого - поэтом Юлийских Альп, а второго - отцом Юлийских Альп. Благодаря своему влиянию и пионерским взглядам на развитие горного походничества и на исследование Альп, им удалось заложить основы словенского альпинизма. Д-р Куги до 1912 г. совершил около 50 первовосхождений в Юлийских Альпах. Его поэтически вдохновенные сочинения, посвященные вопросам ботаники или просто воспоминаниям, публиковались в иностранных журналах, посвященных горам. Он издал также семь других книг, полные высочайшей, рамантической любви к горам, среди которых наибольшую известность приобрела «Из жизни любителя гор». 1952 г. в Туре над Логом, недалеко от источника реки Сочи (на 48-ом повороте серпантина дороги на Вршич) Юлиусу Куги был воздвигнут величественный бронзовый памятник, работы скульптора Якоба Савиншка.12) Д-р Тума, занимаясь исследованием словенских гор, сам себе «воздвиг» памятник, написав, в 1930 г., книгу «Значение и развитие альпинизма». В ней излагаются передовые взгляды автора на альпинизм, а также результаты систематического исследования Юлийских Альп и их топонимики.13)

Походы в горы становятся частью обычной жизни людей, когда им удается подняться над уровнем борьбы за голое существование. Вначале в словенские горы чаще ходили иностранцы - прежде всего, австрийцы и немцы, но постепенно и местные жители стали добираться до вершин в Верхнесавской и Сочанской долине. Некоторые из них становились проводниками, и, что интересно, для походов в горы заказывали себе у сапожников из Каринтии особые ботинки, изготовлявшиеся в деревне Гойзерн. Позднее отсюда и возникло название походных ботинок, употребляющееся в Словении и сейчас -гойзеры. Постепенно походы в горы и альпинизм получили широкое развитие, став частью нормальной жизни словенцев. Первый горный приют на Вршиче Vosshutte (1611 м) был открыт в 1901 г.14) Этот перевал жители Краньской Горы называли Езерца15) (у жителей Тренты он известен как Краньская вершина, а у австрийцев - Mojstrovka Pass). Приют построили члены Краньской секции немецко-австрийского общества любителей гор - Alpenverein (DOAV). Назвали его именем ботаника Вильгельма Восса (Wilhelm Voss).16) После первой мировой войны в 1919 г. дом взяло под свое покровительство «Словенское общество любители гор». Дом отремонтировали, расширили и в новом виде открыли в 1922 году, переименов его в честь словенского естествоиспытателя, писателя Франа Эрьявца (1934-1987) - в Эрьявчев дом. В 1912 г. Словенское общество любителей гор по инициативе краньскогорского мэра и местного врача (1903-1918) д-ра Йосипа Тичара (1875-1946) построило у перевала первый словенский приют, который назвали Словенский дом.

Д-р Тичар в Краньской Горе основал филиал Словенского общества любителей гор (SPD), а также туристическое общество, взяв на себя руководство обеими организациями. Вместе со своим другом д-ром Ернеем Демшаром 16 июня 1912 г. он основал также первую в Словении горно-спасательную станцию. Кроме того, д-р Тичар, работая врачом во время войны, многое сделал для своих пациентов. Благодарные потомки после смерти врача в 1946 году переименовали Словенский дом в его честь - Тичарьев дом. В 1916 г. при строительстве дороги на Вршич был построен также, так называемый Римлов дом, который после первой мировой войны был выкуплен краньскогорским филиалом Словенского общества любителей гор и в 1922 году реконструировало его в горный приют Дом в Лесу (1226 м). На вершине горы Соляная голова в 1922 г. был построй пограничный пункт,17) в 1952 году переделанный любителями гор из Есениц в небольшой горный приют, а через год, их коллеги, почтовые работники из Любляны соорудили здесь гостеприимный Почтовый дом (1690 м).18) Теперешний Михов дом (1150 м) после первой мировой войны был пограничным пунктом югославской армии. Во время второй мировой войны им владел австрийский немец, достроивший верхний этаж дома.19) В 1948 г. дом выкупило Общество любителей гор Краньской Горы, переоборудовав его в горный приют и назвав его в честь прекрасного альпиниста Михи Ариха (1918-1944), погибшего в партизанах.

 

В борьбе за выживание

С давних пор торговцы из северных стран искали пути через Корейский перевал на запад и в Фурланию. Непроходимые горы стали непреодолимым препятствием на пути развития торговли. Постепенно единственной дорогой стал путь из деревень Боровшко и Клин, проходивший по тенистым тропам до перевала Вршич и дальше к более теплой, открытой в сторону моря, долине реки Соча. Дорога, которая называлась Закотников путь, была проходимой лишь в летние месяцы, и то, только пешком или на лошади. Интенсивное развитие торговли все чаще наводило на мысль о необходимости вырубки и продажи леса между Верхнесавской и Сочанской долиной. В свою очередь, мысль о лесоторговле вызвала потребность в обустройстве соответствующей дороги для его вывоза в долину. Сначала срубили несколько самых крупных лиственниц, когда же армия начала строительство дороги на Вршич, началась массовая, хищническая вырубка окресных лесов. Лес шел на опаж при сооружении дороги, на возведение противолавинной защиты, военных бараков, а в мороз - для обогрева и на другие нужды. Из-за вырубки леса, и без того скромную, едва удерживающуюся на камнях землю, уносило дождевыми потоками, заливающими грязью, смешанной с песком и мелкими камнями молодые поросли деревьев, подмывало корни старых. Оголенные скалы становились все более подвержены оползням и снежным лавинам. На старых фотографиях мы видим густой вршичский лес -с елями, лиственницами и буковыми деревьями, простирающийся от Клина до Эрьявчевого дома, который раньше стоял в самой его гуще. Такие же густые леса были и на южной, приморской стороне перевала Вршич, от Тичарьева дома к Присойнику, где после вырубки остались лишь одиноко торчащие пни. Новый период в развитии торговли связан с открытием в 1906 году бохиньской железной дороги, обеспечившей самую быструю связь через туннель в Каранавках между имперской Веной и морским портом Триест. Для Краньской Горы огромное значение имела открытая в 1870 году железная дорога Любляна - Ратече - Трбиж.

Места соединения различных культур и народов несут в себе большой потенциал взаимовлияний соседей, а также столкновение их геополитических интересов. Историческая область Крайна, более половины тысячелетия являвшаяся составной частью габсбургской империи, в начале 20 века, точнее, в 1906-1907 гг., стала местом проведения больших австро-венгерских военных маневров, которые проходили в районе Вршича. На них присутствовал даже австрийский престолонаследник герцорг Франц Фердинанд. В маневрах участвовали различные рода войск -от пехоты до артиллерии и конницы. Цель была - пересечь перевал Вршич, достигнув долины реки Сочи. Тогда-то и была проложена первая временная дорога. По ней артиллеристы смогли даже провезти свои тяжелые орудия, поэтому тогда еще было построено несколько деревянных мостов. Но поскольку пушечные телеги были слишком широкими, а их колеса слишком высокими, местные крестьяне должны были дать военным колеса своих телег, а солдаты сделали специальные оси из бука, с помощью чего и возили тяжелую артиллерию на Вршич. Частью той дороги является сохранившаяся тропа, ведущая от Русской часовни к Эрьявчевому дому.20)

 

Когда стонет земля

В первой мировой войне участвовало более половины существовавших тогда на свете стран. Военные вихри затянули в свой водоворот и население Верхнесавской и Сочанской долины. Последняя стало местом самых ожесточенных боев.21) На фронте в долине реки Сочи (ее итальянское название Изоццо упоминается в романе Э. Хемингуэя «Прощай оружие!». - прим перев.), известном в Словении под названием «Сошский фронт», развернулись самые крупные военные операции, проходившие на словенских землях. Здесь на самых опасных отрезках фронта, с огромными потерями, самоотверженно сражалось большинство словенских полков.22) Практически все формирования, укомплектованные словенцами были брошены на итальянский фронт -австро-венгерская монархия пользовалась присущим словенскому населению, чувством угрозы для их этнических территорий со стороны Италии, посылая словенских солдат в самые горячие точки боев. Поэтому не удивительно, что среди словенцев были такие большие потери. Словенских солдат набирали в армию и с тех территорий, которые на сегодняшний день уже не входят в состав словенских земель: из Каринтии, Штирии, Порабья, из Горицы и Триеста. Словенцы с территории Бенечии (часть Италии) сражались как итальянские солдаты. Среди словенцев было около десяти тысяч жертв. В число жертв вошли также те словенские солдаты, которые погибли в итальянском плену.23)

В стратегических планах итальянскому фронту не уделялось центрального места, но именно здесь, в словенских горах, откуда итальянцы планировали прорваться в самое сердце монархии, шли наиболее кровопролитные бои. Линия фонта проходила, главным образом, в горах над узким ущельем, по которому течет река Соча, лишь у Горицы, расширяющегося в долину.

После перехода Италии на сторону Антанты и объявления ею 23 мая 1915 г. войны Австро-Венгрии, итальянцы планировали совершить быстрый прорыв к Любляне и Вене через Люблянские ворота. Австро-Венгерское военное руководство сначала планировало отступление по направлению к Любляне, но, к счастью, затем все же решило укрепить оборону на фронтовой линии, граничащей с рекой Сочей. Такое решение защитило большую часть Словенских территорий от полного военного и экологического разорения, а местных жителей от выселения. Итальянское наступление было вскоре приостановлено, и началась длительная, исчерпывающая окопная война.24) После начальных активных передвижений на фронтах первой мировой войны к осени 1914 года бои перешли в фазу Stellungskrieg, когда противники укрепились на своих позициях, окопавшись на длительный период. Основным видом военных действий были артиллерийские обстрелы и ограниченные вылазки пехоты и, изредка, большие сражения. Боевые действия, развернувшиеся в долине реки Сочи, были типичным примером такого рода ведения войны.

Успехи итальянской армии, предпринявшей в течение 1915 года четыре наступления, были крайне незначительны. Австро-Венгерская 5-ая армия под командованием Светозара Бороевича, серба, по происхождению, располагавшая значительно меньшим количеством живой силы и боевой техники,25) сумела, однако, организовать исключительно успешную оборону по реке Соче и обробью карста. Первого успеха итальянцам удалось добиться лишь в своем шестом наступлении, заняв Горицу и Добердобское плато. Последовавшие за этим еще три осенних итальянских наступления вновь не принесли им значительного успеха. В десятой по счету битве под Вршичем, в мае и июне 1917 года, итальянцам удалось пробиться на западное обробье Баньского плато. Позднее, в августе и сентябре в 11-ом по счету наступлении итальянцы продвинулись еще дальше, основательно закрепившись на этом плато. Однако полностью сломить сопротивления оборонявшихся австро-венгерских войск им не удалось.

Стремясь уменьшить опасность натиска Италии на фронте по реке Соче, австрийцы и немцы разработали план совместного наступления, известного в истории как 12-ое сражение или чудо у Кобарида. 24 октября 1917 г. немецко-австрийские объединенные войска после предварительного артиллерийского обстрела с газовой атакой, прорвали линию фронта у городов Бовец и Толмин, сомкнув у Кобарида кольцо вокруг итальянских сил, находившихся в Крнском погорье. Достигнутый при этом успех, далеко превзошел все ожидания. Итальянские войска вначале отошли за Тилмет (Tagliamento), а линия фронта при помощи союзников установилась лишь в начале ноября и прошла на реке Пиаве, где и оставалась вплоть до краха центральных сил.26) Это «чудо», наряду с целым рядом исторических записей, описано в романе Эрнеста Хемингуэя «Прощай оружие!», где автор подчеркивает упрямство, с которым боролись австрийские солдаты, ожесточение воинов, оборонявших этот горный район от итальянцев. Но он их не понимает. Зато абсолютно ясно представляет ситуацию, создавшуюся на этом фронте, словенский писатель Прежихов Воранц, описавший ее в своем романе «Добердоб» (Prezihov Voranc, »Doberdob«). Дело в том, что там боролись и словенские отряды, солдаты которых прекрасно осознавали, что сражаются за родную землю.

Русские военнопленные

Русские военнопленные. В ходе войны с 1914 по 1915 годы австрийские войска захватили на восточном фронте тысячи пленных.

 

Русские военнопленные

Следует вначале пояснить, откуда в Австрии оказалось такое большое количество русских военнопленных. Австрийские соединения с августа 1914 г. боролись с русскими в Польше, в Галиции, Карпатах и в Буковине. В некоторых успешных сражениях (Лиманова - Папанов в декабре 1914 г., Тарное - Горлицы в мае-июне 1915 г., Ровно в сентябре 1915 г., Буковина в декабре 1915 г., Седмограшко с сентября по декабрь 1916 г., наступление Центральных сил на восточном фронте летом 1917 г.)27) центральные силы захватили большое количество русских и румынских военнопленных. По официальным данным их общее количество насчитывало 1.268.000. 28) В царской армии были солдаты различных национальностей: украинцы, белорусы, грузины, поволжские немцы, евреи и др. Обычно всех их, без различий, называли русскими солдатами, и позднее - русскими военнопленными.29) С территорий военных действий их увозили в тыл, где концентрировали сначала в ставке командования корпусов, а оттуда уже транспортировали в сборные лагеря, где переписывали и допрашивали. Больных заразными болезнями отправляли в карантин. Перечислим несколько лагерей, существовавших в тылах фронта на Соче и максимально возможное количество, содержавшихся в них пленных: Grodig у Зальцбурга (30.000 чел.), Marchtrenk у Линца (28.000 чел.), Kleinmunchen

- Wegscheid у Линца (самое большой лагерь в Австрии на 57.000 чел.), Hart при Амштеттне (27.000 чел.), Freistadt в Верхней Австрии (30.000 чел.), Feldbach в Штирии (47.000 чел.), Sternthal (Стрнишче у Птуя, в настоящее время

- Кидричево) (37.000 чел.), Knittelfeld в Штирии (22.000 чел.), Spratzern в Сант -Пелтене (50.000 чел.).

В этих лагерях находилось намного меньше военнопленных, чем здесь указано, поскольку их направляли на работу, прикомандировывали к воюющим частям или куда-то еще.30)

Во второй половине 1915 года военнопленных в лагерях стали организовывать по отделениям, в зависимости от предназначения, например, KGFArbeiterabteilung (отделение рабочих), или, например, KGF Eisenbahn Arbeiterabteilung (отделение железнодорожных рабочих), а также KGF Lasttragerabteilun (отделение носильщиков). В отделениях могло быть до 500 военнопленных. Рабочие этих отделений направлялись в помощь действующей армии, на фронт. В 1916 г. такое отделение (с военным обозначением KgfArbAbt и номером отд.) насчитывало 250 человек. В июне 1917 г. заменили обозначение Abteilung (отделение) на Kompagnie (отряд). В ноябре 1917 г., после 12-го наступления на фронте на реке Соче, военнопленные собирали брошенные на поле боя итальянскими войсками остатки муниции. Эти соединения назывались KGF Bergekompagnien.31)

Через посредничество Красного Креста военнопленные имели какие-то связи со своими близкими, поскольку им слали почту и посылки из дома. Почтовые сообщения осуществлялись через Швецию. Если из дома высылали деньги, лагерные надзиратели выдавали пленным лишь по две кроны в день.32)

 

Тяжелейший труд - строительство военной дороги через Вршич

После объявления Италией войны словенские земли Крайна и Горишка оказались в прифронтовой зоне (engere Kriegsgebiet).33) Цивильные власти должны были полностью подчиняться военным. Из Беляка через Кореньско седло на краньскогорскую сторону, как свидетельствуют исторические источники, тут же была передислоцирована «сотня младострелков».34) Были заняты все мосты, дороги и переход через Подкорен. Перемещения цивилистов было крайне ограничено. Даже в самих деревнях жителей постоянно проверяли, и каждый должен был иметь при себе удостоверение личности.35) В последующие несколько дней в Краньску Гору один за другим начали прибывать грузы на поездах, говорят, иной раз, их было до ста в день. По железной дороге подвозили военное снаряжение, пушки, боеприпасы, продукты питания - все, что было необходимо фронту. Крестьяне должны были оказывать содействие при перевозках, обязаны были по требованию предоставлять тягловых животных. В июне 1915 г. в Краньскои Горе появились венгерские пехотинцы, так называемые, гонведы, и полностью ее заполонили. Их отряды относились к 20-ой дивизии гонведов. Больница была устроена в гостинице «У почты», перевязочный пункт у капеллана. Там жители часто видели раненых, приходивших за медицинской помощью, тяжело раненых возили в специальных, покрытых серых двуколках. В саду дома священника сделали пекарню. Когда венгерские солдаты ушли, в Краньску Гору вошла 44-ая стрелковая дивизия, в которой служило много словенцев. Постепенно, здесь собирались также беженцы из Верхнего Посочья (г. Бовец с окрестностями). Они принесли с собой сыпной тиф, разросшийся в настоящую эпидемию -до октября 1915 г. от него умерло около 50 человек.36)

По различным свидетельствам на строительство дороги в район Краньскои Горы в 1915 году было привезено от 10.000 до 12.000 военнопленных, главным образом, русских. Некоторые пленные были заняты также в работе на железной и канатной дороге, на расчистке дороги по долине, на складах, в больнице и в других местах. Австрийское военное командование отдавало себе отчет в том, что оно не сможет успешно оборонять котловину вокруг Бовца без нормального снабжения фронта. Существовавшая тогда дорога через перевал Предел, находилась под обстрелом неприятельской артилеллерии, поэтому перевозки по ней осуществлялись только в ночное время. Снабжение осущетвлялось также по подземному ходу, соединявшему старую шахту в Рабельском ущелье с Логом под Мангртом. Однако, имеющихся дорог было недостаточно для бесперебойного снабжения воюющей армии в Крнском и Канинском погорье, а также вблизи Бовца. Поэтому было принято решение построить горную дорогу от Краньскои Горы до долины реки Сочи через перевал Вршич, куда до сих пор вела лишь временно проложенная горная тропа. Уже осенью 1914 г. начались первые подготовительные работы к строительству дороги.

Первые 25 военнопленных сибиряков попали в Краньску Гору уже в сентябре 1914 года. За ними следовали все новые и новые партии пленных.37) В июле 1915 г. в Краньску Гору привезли более 5.000 русских военнопленных, расселившихся в деревне под Разорьем. Позже привезли еще, как минимум, в два раза больше. Местность стала напоминать настоящий тыловой перевалочный пункт, жители которого вынуждены были нести на себе тяжкое бремя военного времени: бараки, полевые кухни и госпитали, пекарни, мясные лавки, бани, прачечные, склады, груженые колонны снабжения фронта, электростанция и другие объекты - все это вдруг заполонило ежедневным военным бытом течение жизни Краньской Горы. И в самом городке армейские строители соорудили более 100 бараков - не пощадили даже самые красивые сады. В саду возле гостиницы Славец поставили полевой госпиталь, во дворе дома священника местной церкви в пяти бараках разместили бойню, организовали баню. В деревне Подкорен было много, так называемых, «маршкомпаний» -походных отрядов, готовых к отправке на фронт, которых тренировали всего каких-нибудь 3-5 недель, и затем, сразу отправляли на поле боя.38)

Поскольку все мужское население деревень было мобилизировано в армию, в работу начали постепенно включать военнопленных, ставших главной рабочей силой всех военных учреждений тыла, расположенных непосредственно на подступах к фронту. Но главным занятием военнопленных на словенских территориях во время войны стало строительство дороги на Вршич; они участвовали также в строительстве военного водопровода, трасса которого проходила вдоль Терновского леса в направлении г. Постойны, а некоторые работали в крестьянских хозяйствах. Точной статистики по количеству русских военнопленных, попавших в Словению, умерших здесь и т.д., вероятно, никогда не удастся уже получить.39) Права военнопленных защищали международные соглашения и законы. В них определялись их права, обязанности, а также обязанности по отношению к ним государств, в которых они попали в плен (плата за обязательную работу, различия в статусе между офицером и простым солдатом). Однако, во время первой мировой войны не было последовательного соблюдения конвенций, военнопленных вынуждали заниматься тяжелым физическим трудом при исключительно скудном рационе питания.40)

В Краньской Горе, по берегам реки Пишница, впадающей в Саву Долинку, возник большой барачный поселок. По дороге в Клин и в самом поселке, на месте, где теперь стоит Русская часовня, рядом с Эрьявчевым домом и повсюду, где было место, в том числе, и на южной стороне Вршича, в Тренте и по долине реки Соча до Лога, появилось множество деревянных домиков, разного размера. Дома были с каменным фундаментом, в некоторых местах до сих пор сохранившимся, например, возле Эрьявчевого дома. Военнопленные, строившие и затем и следящие за дорогой, жили в особых бараках, стоявших отдельными группами, лагерями. Самыми большими были - северный лагерь - Nordlager - у дороги на север от Эрьявчевого дома, и южный лагерь -Sudlager - в двух километрах от вершины горы Вршич, со стороны Тренты. Кроме жилых бараков для пленных в каждом лагере стояла кухня, пекарня, медпункт и склады.

По приказанию австрийского командования военнопленные осуществляли различные виды строительных дорожных работ. Так, они расширяли узкую горную дорогу, шедшую через долину реки Пишница, приспосабливая ее для автомобильного транспорта. Под руководством главным образом австрийских специалистов, неумелые солдатские руки пленных, одновременно в разных местах осуществляли различные земляные работы, строили виадуки и мосты, тесали камень. Пленных использовали также в работах по расширению железнодорожной станции в Краньской Горе и в других местах. Жили они в больших, плохо отапливаемых бараках, кормили их плохо, притом, что они ежедневно, с утра до ночи, были заняты на тяжелых физических работах. Из-за горных условий работы, непогоды, холода и влаги среди них нередки были также случаи серьезных тяжелых заболеваний и травм, зачастую кончавшихся смертью. После войны некоторые очевидцы в своих воспоминаниях писали и о жестоком, нечеловеческом обращении военных охранников с русскими пленными. Умирали пленные и по одиночке, а во время эпидемий - большими группами. Читая о суровом обращении с военнопленными и тяжелом непосильном труде пленных, не будем забывать еще и о том, что австрийское командование очень торопилось, находясь в страхе от приближающейся зимы. В конце лета 1915 года им удалось остановить итальянское продвижение вперед, и тогда стало ясно, что войсковые соединения вынуждены будут перезимовать в условиях высокогорья. В короткий срок - за несколько оставшихся до первого снега недель - необходимо было построить всю инфраструктуру, которая бы обеспечила армии жилье и возможность снабжения всем необходимым. При этом дороге на Вршич отводилась ключевая роль.

Строительством дороги руководил особо отобранный штаб австрийских соединений, среди которых было также несколько штатских.41) Участвовали также военные строительно-технические и инженерные формирования (как бы сказали в современной армии), начавшие с трассирования и измерения дороги в Тренту. В Краньску Гору было привезено огромное количество материалов, а вместе с тем, постоянно поступали все новые и новые партии русских военнопленных. Трассу до Тренты разделили на 12 или 13 участков; во главе каждого участка был поставлен инженер. Работа началась на всех участках одновременно. Среди инженеров-строителей были в основном немцы из Чехии, а также несколько венгров. Строительными работами руководил инженер Келер, а руководством всех подготовительных и других работ - чешский немец, тогда еще майор, Карл Римл, женившийся потом на богатой местной жительнице Марии Хрибар и живший в Краньской Горе вплоть до 1925 г. Русские считали его хорошим человеком. Первым участком дороги - от Краньской Горы вдоль Пишницы, где тогда еще не было озера Ясна, до гостиницы «Эрика», руководил словенский инженер Бештр, которого немецкие коллеги, среди которых было также немало евреев, недолюбливали, по причине его славянского происхождения.42) Руководство стройкой было расположено в Краньской Горе, а затем в доме, построенном Карлом Римлом {Римлов дом - Riml Hutte), теперь это Дом в Лесу. Начальство отдельных участков помещалось также в Эрьявчевом доме (Vosshutte) и в Slovenische Hutte, теперешнем Тичарьевом доме. Строящаяся дорога получила название в честь эрцгерцога Эугена - »Erzherzog Eugen Strasse«. Она проходила по тому же месту, что и дорога, дошедшая до наших дней, но только у Русской чаовни, она огибала гору слева и выходила напрямую к Дому в Лесу.43) Ее остатки видны до сих пор.

Славянство

Русские рабочие на строительстве дороги, Вршич, лето 1915 г. Райский уголок владений Златорога в одночасье изменился, наполнившись шумом работающих механизмов, грохотом от взрывов скал, преграждавших путь, стонами людей, стуком лопат и мотыг, долбящих каменистую почву. Отцы, мужья и сыновья, в жилах которых текла славянская кровь, люди всех возрастов, в нечеловеческих усилиях и муках, к октябрю 1915 г. закончили строительство 30-ти километровой дороги, ведущей на фронт.

Работы на строительстве дороги начались летом 1915 года, сразу после таяния снега. На строительстве были заняты только русские военнопленные, разделенные по 25 человек в группе. Их охраняли двое - австрийский солдат и русский переводчик, по обыкновению, еврей. Последний не работал. Среди военнопленных было большое число поволжских немцев. Когда по дороге гнали захваченных на фронте итальянских военнопленных, русские их ругали и как могли издевались, норовя ударить лопатой и так далее, так они вымещали на них свою ярость. По сохранившимся свидетельствам охране иногда с трудом удавалось отбить итальянцев от нападок русских. Дело в том, что военнопленные считали Италию, заменявшую союзников и объявившую войну Австрии, виновницей в своей страшной участи.44)

Подъем боевого духа, самоуверенности и гордости являлись важной частью психологической подготовки солдат. Стимулом для австрийских солдат был образ главнокомандующего юго-западного фронта эрцгерцога Эугена. Поэтому на Вршиче ему был поставлен импозантный памятник, символизирующий величие Австрии. Лишь в изготовлении корпуса памятника было занято около 200 военнопленных. Франц Уран и еще некоторые местные жители предупреждали командование, что место, выбранное для установки памятника, очень неподходящее из-за лавиноопасности участка. Ответственные за строительство памятника утверждали, что скульптура будет настолько прочной, что ей будут не страшны никакие естественные катастрофы. Время однако показало, что они ошибались.

 

Грузовая канатная дорога

Для максимального увеличения пропускной способноисти транспорта из Краньской Горы через Вршич протянули канатную дорогу, полагая, вероятно, что в зимние месяцы, из-за снежных заносов, перевозка грузов по дороге будет осложнена, и их доставка станет возможной лишь с помощью грузового подъемника.45) Стартовая площадка канатки была на западой стороне железнодорожной станции. Канатная дорога состояла из нескольких отсеков, длина которых зависела от угла наклона. На ровных участках отсеки были длиннее (приблизительно три километра), а там, где был большой наклон - от одного до двух километров. Первые два отсека, до Клина, были длиной 3 км и шли прямо на юг. Третий отсек, от Клина и дальше - шел под прямым углом в западном направлении и был около километра длиной. Остановка между III и IV отсеками находилась недалеко от водного источника; IV отсек был чуть дальше километра длиной, а остановка между IV и V отсеками была установлена в 100 метрах от Эрьявчевого дома. V отсек, из-за крутого подъема, был самым коротким - менее 500 метров. До достижения конечной станции канатной дороги в Тренте, груз должен был преодолеть еще четыре промежуточных станции. Канатная дорога доходила до Черчи и находилась на полпути между Лепеной и Бовцем. Груз должен был быть весом не более 100 кг и крепился на ручку, находящуюся непосредственно на главном стальном канате, - примерно так, как на современных подъемниках. В некоторых местах канаты очень сильно провисали, так что груз слишком приближался к земле. Там голодные пленные и другие рабочие иногда перехватывали груз. За кражу груза пленный зачастую расплачивался жизнью. В день канатная дорога перевозила 250 тонн груза.46) В настоящее время по трассе той канатной дороги через Вршич проходит линия электропередач. До сих пор кое-где видны развалины станций подъемника (под вершиной перевала Вршич, в Шупцах над Трентой).47) Из-за близости фронта во время войны жизнь в Краньской Горе, на Вршиче и в Тренте была очень бурной. Для облегченния осуществления всех поставленных военным временем задач, в сентябре 1916 г. жители Краньской Горы договорились с военным начальством, что в местечке Баба на Пишнице будет построена электростанция. Через год ее строительство было завершено. До этого во дворе дома Славца и в доме Грегора Жерьява стояли мощные агрегаты.48) Один за другим в Краньску Гору приходили товарные поезда, везущие солдат на фронт. Там они задерживались на несколько дней или недель, в зависимости от положения на фронте или распоряжений комадования. Затем долгие колонны солдат маршировали по дороге через Вршич по направлению к линии фронта. Строительство дороги продвигалось исключительно быстрыми темпами. Военнопленные работали без отдыха: взрывали скалы, преграждавшие путь, носили камни для укрепления дорожного полотна, засыпали гравием, строили и укрепляли опорные стены, расположенные над и под дорогой, возводили мосты и виадуки. Тяжелые погодные условия в горах, холод, рваная униформа, нехватка другой одежды и обуви, скудная пища, примитивные условия жизни в плохо отапливаемых бараках, отсутствие средств гигиены и другие неудобства становились причиной разных, в частности, желудочно-кишечных и других заразных болезней, кончавшиеся смертным исходом. В итальянских источниках сохранились сведения о том, что австро-венгерские солдаты на итальянский фронт занесли холеру с восточного фронта, распространившуюся там летом 1915 и 1916 гг., в том числе, и среди мирного населения.49) Те же источники сообщают о появившемся в военных формированиях в верховьях Сочи сыпном тифе, источником которого, были, якобы, не убранные трупы, отравившие источники питьевой воды. Были сообщения и о случаях заболевания оспой, против которой врачи призывали делать прививки.50) Тяжело больных возвращали в лагеря для военнопленных, откуда их привозили на строительство.

 Неумолимая логика войны, жестокость отношений между людьми, дошедшими до отупения всех чувств, изо дня в день сокращали ряды военнопленных. Их жизни уносили не только голод, холод и заразные болезни, но и множество несчастных случаев и аварий на строительстве, при взрывах и других тяжелых работах. Пушечная канонада, доносящаяся с фронта, с каждым сражением становилась все слышнее, и первоначальный страх сменился смиренной привычкой к этой жуткой музыке, раздавашейся по ту сторону горного перевала. На строительстве дороги пленные превращались в каменщиков, строителей, лесничих, но прежде всего, носильщиков и чернорабочих, которые своими натруженными мозолистыми руками, потом и кровью своих изможденных телес, метр за метром, километр за километром строили дорогу на Вршич. За эту дорогу они платили своей жизнью, по этой дороге все новые и новые солдаты шли на фронт, а чаще всего - в смерть. Количество погибших среди итальянских и австро-венгерских солдат в сражениях на реке Соче насчитывает более ста тысяч человек. На обеих воющих сторонах были словенцы (в итальянских войсках - уже упоминавшиеся нами словенцы из Бенечии). Русские военнопленные своих погибших товарищей хоронили прямо у дороги, символически обозначая скромные холмики деревянными крестами.51) Время скрыло последние пристанища погибших. Захоронения больших групп погибших военнопленных производились на военных кладбищах в Краньской Горе, Тренте или в Соче, а также вблизи горных приютов, в поселках Худа Равен, Леме и в других местах.

Дорога через Вршич, длиной в 30 км, по свидетельству современников, отличалась дерзкой проектировкой. При этом, скорее всего, учитывалось, что она будет использоваться и в мирное время. Движение по ней началось уже в ноябре, т.е. до начала зимы 1915 -1916 гг. Краньскогорскую базу снабжения фронта, строительство дороги, а также передовую линию фронта посетил тогда эрцгерцог Фридрих, а в декабре еще и эрцгерцог Эуген. Дорога была названа в его честь, и на ее открытии - какое роскошество для военного времени! - по искусственно сделанным террасам пустили водопад.52)

По дороге тут же начались перевозки разнообразных грузов, необходимых для фронтовых соединений, солдаты же по ней на фронт шли пешком через Вршич в Крнско или Канинско погорье или в Бовец.

 

Обычное явление в природе гор - лавины

Штатские строители и местные жители, хорошо знавшие капризы здешних гор, не раз предупреждали руководство дороги о большой опасности схода снежных лавин в окрестностях дороги, особенно после обильных осадков или во время весеннего таяния снега. Руководители не обращали особого внимания на эти предупреждения, доверяя собственным знаниям. Махнув рукой, они отвечали, что, мол, мы старые специалисты по снежным лавинам!53) Единственное средство защиты, на возведение которого, по инициативе знатока снежных лавин и лесного инспектора Франца Урана, они все же пошли, была противолавинная защита с деревянными навесами над дорогой, но лишь в некоторых ее местах. Люблянский лесоторговец Иван Закотник отправился в город Беляк и договорился с армейским командованием группы войск генерала Рора, чтобы противолавинная защита была построена из его леса. Предложение было принято, поскольку командование осознавало всю важность безопасной транспортировки австрийских войск к месту боев через Вршич.54) Лавиноопасным был прежде всего участок дороги под самым перевалом, поэтому там и поставили противолавинный щит - от Мочила через вершину перевала до Тичарьевого дома. На изготовление таких щитов шло огромное количество леса. Поблизости не было ни достаточного количества специалистов по лесу, ни плотников, поэтому их мобилизовали по всей Словении, и в близлежащих тирольских местах. Срубили соседний лес и сделали балки. В местечке Леже рабочие беспрерывно пилили лес, заготовляя до двух вагонов бревен в день. Другие рабочие вбили у дороги опорные балки и через них настелили крышу, способную выдержать снежную лавину.55) Над бараками построили огромный деревянный мост, который был бы способен защитить их при сходе лавины, изменив направление ее движения в сторону от домов. Выглядело так, что теоретически, эти огромные сооружения должны были бы быть способными противостоять стихии, защитив дорогу и жилище рабочих. До зимы 1915 года сооружение противолавинной защиты было закончено.

Первая зима, прожитая в горах, заставила строителей дороги через Вршич убедиться в непридвидимом характере гор и в правоте местных жителей и тех специалистов, которые предупреждали о возможных опасностях, зная суровый характер высокогорья в зимний период. Несмотря на все испытанные тяготы жизни зимой в горах, строителям повезло хотя бы в том, что настоящая зима в 1915 году сильно запоздала. Старики говорили, что такого незначительного количества осадков, как в тот год, не бывало последние 35 лет. Настоящего снега не было ни в январе, ни в феврале. Однако, местные, хорошо знакомые с капризами Вршича, знали, что снег, рано или поздно, обязательно выпадет.

Снегопад начался в начале марта. Снег падал большими хлопьями - метель не прекращалась несколько дней. Военное командование требовало от военнопленных, чтобы они беспрерывно расчищали дорогу, чтобы обеспечить бесперебойный поток транспорта на фронт. Мокрый мартовский снег 1916 года страшной угрозой повис над барачным поселком строителей. В среду на первой неделе Великого поста, 8 марта 1916 года, в час дня, с южного склона Мойстровки и Робичья внезапно сорвалась огромная снежная лавина - тонны мокрого, тяжелого снега с огромной силой обрушились на противолавинные щиты, которые, не выдержав натиска, рухнули, смяв под собой всех жителей строительных бараков - рабочих северного лагеря. Среди них были военнопленные, их охранники и другие жители. Лавина полностью смела также и мощную конструкцию двадцатиметрового памятника эрцгерцогу Эугену, от которого не осталось и следа. Об огромных размерах и силе сошедшей лавины можно судить по тому, что от Тичарьевого дома со стороны Тренты, (где приостановившись, лавина наклонила дом на 15°) она дошла до Эрьявчевого дома на Краньскогорской стороне, где собралась ее главная часть.56) Два этих дома расположены приблизительно в километре друг от друга, на разной высоте, с разницей в 100 метров над уровнем моря. На такой протяженности лавина засыпала все, что встретилось ей на пути.

Масштаб катастрофы, учиненной сошедшей лавиной, начали осознать лишь после таяния снега. Засыпанные люди под снегом были страшно изуродованы: оторванные головы, руки, ноги, из-за упавших балок, раздавленные тела. Когда снег сошел, погибших стали развозить на различные кладбища, больше всего в Краньску Гору, в братскую могилу к тому месту, где потом была поставлена Русская часовня, на военное кладбище в Тренте, некоторых хоронили в отдельных могилах прямо на склонах.

Славянство

Снежная лавина. Весенняя лавина со склонов Мойстровки захватила территорию протяженностью почти в километр. Лавина накрыла северный лагерь. Хотя по совету местных жителей над лагерем и были поставлены противолавинные щиты и заграждения, но под тяжестью мокрого снега они мгновенно были смяты и похоронили под собой несчастных жителей лагеря.

 

Правда о большой лавине

Поскольку в публикациях, связанных с событиями вокруг лавины, было много неточностей, приведем некоторые свидетельства и комментарий к ним.

Об этом несчастье коротко упоминает учительница истории и географии из Краньской Горы Ивица Рупник. В 1931 в своей книге История Краньской Горы и ее окрестностей, вероятно по ошибке, она пишет, что в тот год зима была очень снежной, лавина сошла на Рождество, а жертв хоронили уже в феврале.57)

Судя по имеющимся хронологическим записям (Блажей, 1952; Уран, 1957), хотя и составленным через несколько десятилетий после схода лавины, зимой 1915/16 гг. до конца февраля 1916 г. настоящего снега практически не было. Эти данные проверены и соответствуют действительности.

В 1937 г. были опубликованы воспоминания жителя Краньской Горы Грегора Жерьява, в которых он подчеркнул, что было несколько сходов лавин, в первый раз - в первую неделю Великого поста, 8 марта 1916 г., во второй раз, в воскресенье 12 марта, и потом еще несколько раз. Трагедия с военнопленными произошло после первого схода лавины и частично, во второй раз. Жертв лавины, судя по его записям, было 210 человек, из них - 40 австрийцев, а остальные - русские. Автор записал эти данные со слов военного инспектора, у которого были списки погибших. Спасли троих: австрийского офицера защитили какие-то доски, его засыпало шестиметровым слоем снега, он копал 36 часов, и ему удалось спастись и выйти на поверхность. Второй спасшийся был пекарь, которого спасла печь, к тому же у него было достаточно хлеба, чтобы дождаться помощи. А третьего откопали живым, так как на следующий день после схода лавины, на том месте, где его засыпало снегом, проходил начальник жандармов, услышавший стоны. Там начали копать и достали живого человека, зажатого между двух мертвецов. Весной, когда снег совсем стаял нашли и других пострадавших и похоронили их, главным образом, в Тренте.58)

Священник из Ратеч, историк и хроникер, Йосип Лавтижар, в 1947 г. в своих дополнениях к приходской хронике Краньской Горы писал, что в ту зиму выпало очень много снега, а погода была «южной». Ближе к весне с Мойстровки сошла большая снежная лавина, засыпавшая 170 русских и 40 австрийцев. Мертвых откопали только весной, после таяния снега, поскольку некоторые оказались погребенными под снегом на тридцатиметровой глубине.59)

Франц Уран, как знаток местности вокруг перевала Вршич и руководитель всех работ, так или иначе связанных с лесом на этой территории, многократно бывал там, консультируя при строительных работах, поэтому сообщенные им сведения, хотя и опубликованные через много лет после событий, заслуживают большого доверия. Кроме того, они совпадают с данными, сообщенными в воспоминаниях местного жителя Грегора Жерьява. После произошедшего несчастья ситуация по-прежнему оставалась лавиноопасной, поэтому сразу оказать помощь пострадавшим было невозможно.

Франц Уран рассказывает: «8 марта 1916 г. после обеда я собирался отправиться наверх, чтобы посмотреть как идет работа. Я вышел из нашего дома в час дня. Была настоящая метель. Подходя к Худи Равни я услышал ужасный крик, раздавшийся как бы из сотен глоток, который вдруг тут оке стих. Иду я потихоньку дальше, как вдруг вижу, мне навстречу несутся русские военнопленные с перекошенными от страха лицами и кричат: «Лавина, лавина!» Промчалось еще несколько австрийских охранников. Все, кто бежал сверху были настолько испуганы, что от них невозможно было добиться никаких ясных объяснений. Заставить их вернуться назад тоже было нереально. Все твердили, что готовы умереть, но наверх не пойдут. Офицеры и инженеры потеряли голову и не знали, что делать...60)

... В тот день было абсолютно невозможно уговорить русских военнопленных организовать какую-нибудь спасательную акцию, у австрийских офицеров тоже не было ни желания, ни смелости вернуться на место катастрофы ...

... На следующее утро в наш поселок из южного барака (барак находился на южной стороне Вршича в «Южном лагере»)61) пришли все офицеры и инженеры. Все были вооружены - у всех были револьверы, которые они не носили в обычных ситуациях. Офицеры потребовали, чтобы все русские военнопленные вышли. Когда русские пленные собрались, из их толпы отделилась депутация из трех человек, заявивших тогдашнему командиру, что на работы на Вршич они больше не пойдут, поскольку это дело представляет собой угрозу для их жизни, и, что австрийское военное командование не имеет права их использовать на таких работах. Инженер Шутт им снова начал угрожать, что в случае продолжения сопротивления приказаниям, он будет вынужден прибегнуть к оружию. Депутация на это ему ответила, что все пленные готовы умереть, но на работу на Вршич больше не пойдут. Они отказались также от участия в спасательной акции, сказав, что она не имеет смысла, так как наверху все живое уничтожено. Лишь некоторые военнопленные выказали готовность идти наверх, если есть хоть какая-то надежда кого-либо спасти. Австрийцы, офицеры и инженеры еще больше боялись идти наверх, чем русские.»62)

После схода второй лавины боязнь повторения катастрофы еще возросла. По данным Станко Хрибара первые австрийские военные спасатели под руководством Франца Урана и жителей Краньской Горы Михи Ойцля и Йоже Кошира отправились на Вршич в четверг, 16 марта.63)

Из-за военного положения данные о жертвах были засекречены, поэтому, запись об их количестве, делалась, скорее всего, по слухам и предположениям. Исследователи этой катастрофы утверждают, что количество жертв составляло 200- 300 человек, тогда как жители Краньской Горы считают, что их было не меньше 600. Автор монографии о Краньской Горе «Деревня Боровшка» Вид Черне считает, что самым достоверными могут считаться сведения, взятые из хроники местной церкви, в которой говорится о 272 жертвах. Эти данные церковному ключнику Грегору Жерьяву, по прозвищу Кравань, сообщил тогдашний приходской священник Андрей Краец, участвовавший в погребении жертв. Эти сведения совпадают с источниками, находящимися в венском военном архиве. Последним пристанищем многих жертв, по записям Черне, стало так называемое «солдатское кладбище» на Подлесе в Краньской Горе, где была несущая опора канатной дороги станции «Подлее № 2».64)

 

Архивные данные о катастрофе

Наш современник, историк из г. Есенице, маг. Марко Мугерли, сотрудник Верхнесавского музея, занимался поисками данных о дороге на Вршич в Венском военном архиве. Им была найдена телеграмма, посланная 8 марта 1916 года в штаб 10-ой армии города Беляк, через несколько часов после схода лавины, имевшей катастрофические последствия. В сообщении говорится приблизительно о сотне русских военнопленных и трех работниках грузовой канатной дороги. На следующий день были телеграфированы уточненные данные. Речь шла о троих погибших, из которых один был охранник и двое русских. Пять охранников и 67 русских имели повреждения и травмы. Пропали 12 охранников и 71 русский. 12 марта рано утром трагедия повторилась. В Посочье почувствовали землетрясение, длившееся 30 секунд, которое, по всей вероятности, и вызвало новый сход лавины на перевале. После него среди строителей дороги не досчитались еще 17 человек.65)

Маг. Мугерли привел также данные из дневника работ на военном строительстве, который вел майор Карл Римл. Согласно приведенным там данным, исследователь пришел к выводу, что накануне рокового дня на вершине перевала было два отделения пленных. Через несколько дней после трагедии из двух отделений сделали одно.66) В отделение обычно входило около 250 пленных. Отсюда следует, что количество жертв, названное тогдашним краньскогорским священником Грегору Жерьяву нисколько не преувеличено.

Итак, по прошествии стольких лет после события, мы, наконец, с уверенностью можем сказать, что в марте 1916 года сошедшие с гор две снежные лавины, унесли жизни около 200 русских военнопленных.

Снежные лавины в словенских горах в период военных действий на фронте в долине реки Соча (1915-1917)

Франце Малешич в своей книге «Память и предостережение гор»67) с исключительной систематичностью собрал и интерпретировал данные о несчастных случаях в словенских горах; среди них, в связи с нашей темой, особое внимание привлекает сообщения о снежных лавинах. Собранные данные подтверждают тот факт, что лавины являются составной частью жизни в горах зимой и, что трагедия, случившаяся на Вршиче была лишь одной из многих. Так, Малешич приводит следующие случаи схода лавин с большим количеством жертв:

- в сочельник 1915 г. над долиной Лепены -погибло 58 австрийских солдатов,68)

- на Рождество 1915 г. под Богатиновым седлом - среди жертв артиллерийская батарея и кони,

- в сочельник 1915 г. над Крнским озером -13 жертв,

- на Рождество 1915 г. на горном пастбище Дупле под Крном - 8 солдат австро-венгерской армии,

- 25 февраля 1916 г. в районе Богатина - 80 венгров,

- дата и точное место в Юлийских Альпах не известны - 140 боснийских солдат,

- 3 марта 1916 г. под Воглом - 17 жертв,

- 4 марта 1916 г. в Западных Юлийских Альпах под Высоким Белым пиком - 23 солдат,

- 8 и 12 марта 1916 г. на перевале Вршич -272 русских военнопленных и охранявших их австрийских солдат,

- 17 марта 1916 г. в Уканце - 40 жертв,

- 15 декабря 1916 г. под Крном и Батогницей - около 400 итальянских солдат,

- 16 декабря 1916 г. - «черный четверг» -фронт возле долины Лепены - около 100 мертвых.69) Произошедшая тогда же страшная трагедия в Тироле, где, по свидетельствам хроникеров, было порядка 10.000 и более жертв,70) наводит на мысль о том, что природа гор могла стать более суровым врагом солдата, чем неприятельское оружие;

- 1916 г. в Тренте в районе Бовца (дата не известна) - 60 русских военнопленных,

Трагический опыт зимы 1915/16 гг. несколько сократил количество смертных случаев среди военных из-за лавин, произошедших в будущем году, однако, несколько трагедий все же было:

- 3 апреля 1917 г. Племеницы в Ромбоне -порядка 150 австрийских солдат,

- 8 апреля 1917 г. между Голобаром и Калом - 59 жертв.

До сих пор в записях не упоминалась снежная лавина, засыпавшая в мае 1917 г. южный лагерь на Вршиче. В коллекции Триглавского музея в Мойстране, филиале Верхнесавского музея из Есениц, сохранилось письмо д-ра Карла Матка, врача из Радеч у Зиданого моста.71) В мае 1917 года Матко, бывший тогда 19-летним юношей, находился недалеко от южного лагеря на Вршиче (Sudlager), где помещались русские военнопленные и записал:

Прекрасным солнечным и довольно теплым днем - 12 мая 1917 года - я находился на дороге приблизительно в километре под лагерем. Около 11 часов со стороны Мойстровки раздался сильный шум, грохот катящихся камней, раскатистый гул, хруст ломающихся веток. Когда я дошел до лагеря, я узнал, что большое число рабочих - русских военнопленных и нескольких австрийских охранников - накрыло снежной лавиной.

Спасательные работы начались сразу же, однако из-за обилия сошедшего с гор снега, камней, сломанных деревьев, принесенных лавиной, дело шло медленно. Поэтому жертв этой лавины удалось откопать лишь 8 июня 1917 года.

Тогда погибло 30 русских военнопленных и шесть их охранявших австрийских солдат.

Следует особо подчеркнуть, что трагедия произошла в то время, когда уже была построена Русская часовня. Испытанный русскими пленными ужас перед неведомой им до сих пор опасностью, в чужой стране, с ее горами, пугающими белой смертью - снежными лавинами - несомненно только постоянно увеличивался, принимая непредставимые для нас масштабы - страха человека перед непосредственной угрозой для его жизни.

Согласно доступной статистике жертв снежных лавин в словенских горах в годы войны, с 1915 по 1917 гг. из них пострадало около 1.500 человек. Отдельные, не приведенные здесь сходы лавин, унесли с собой еще какое-то количество жизней, сколько именно - вероятно, точно узнать не удастся, возможно, порядка, 2000 человек. Так, в небольшой церкви св. Духа на Яворце, что находится над долиной реки Толминки, поставленной 3-ей австро-венгерской альпийской бригадой в память о погибших товарищах, главным образом, чехов по национальности, среди причин смерти чаще всего приводится сход лавины.72) До середины 1916 г. в 10-ой армии генерала Рора, защищавшей рубежи позиций австрийских войск в Крнском нагорье, в районе Бовца, Ромбона и дальше - в Западных Юлийских и Карнийских Альпах, в снежных лавинах погибло около 600 солдат, что превышало количество убитых на поле боя за тот же период времени!

Здесь стоит еще сказать несколько слов о русских жертвах в тылу фронта, проходившего на реке Соче. Их количество подтверждается на основе ряда сохранившихся документов. Из-за схода лавин по известным на настоящий момент данным на дороге к Вршичу погибло около 200 человек в северном лагере во время мартовской лавины 1916 г., затем еще 30 у южного лагеря, в мае 1917 года, и под лавиной у Бовца - еще человек 60. Пока не представлялось возможным установить, не включают ли неполные данные о лавине у Бовца сход лавины у южного, лагеря 12 мая 1917 г.73)

Можно предположить, что всего от несчастных случаев при строительстве дороги на Вршич погибло около ста русских военнопленных.

 

Войны кончаются, и жизнь продолжается...

Несмотря на снежную трагедию 1916 года, русским пленным пришлось работать и дальше. Весь 1916 год, до начала октября 1917 г., велись строительные работы, а также работа по поддержанию в порядке и по очистке дороге, находящейся в сложных климатических условиях высокогорья. Дорогу и подъемник на перевале, снесенные лавиной в марте 1916 г., к следующей зиме передвинули ближе к Присойнику. На южной стороне дороги, с целью защиты от лавин, был построен тоннель, над входом в который пленные сделали надпись - 1916 год.

С 20 сентября 1917 до конца октября 1917 г. дорога на Вршич была главной артерией снабжения 1-ого корпуса 14-ой армии. Солдаты этого корпуса пробили итальянскую оборону у Бовца. На тыловые позиции в непосредственной близости фронта перед началом 12-ого, последнего большого сражения у реки Сочи, необходимо было доставить 20.000 тонн различного материала: пищи для людей и животных, зимнего оборудования, боеприпасов, а кроме того, надо было переправить артиллерийские орудия. Большую часть этих грузов перевозили на грузовиках по дороге через Вршич, а также по канатной дороге. После прорыва линии фронта по этой же дороге шли бесконечные вереницы итальянских военнопленных.

 

Пища для души и поклон погибшим товарищам

Несмотря на самые страшные испытания, люди все же сохраняют заложенную в них изначально человечность. Трагическая гибель товарищей подвигла оставшихся в живых соотечественников позаботиться об увековечении их памяти. По добровольному решению русских пленных, родившемуся из сочувствия к ближнему и из уважения к традиции, у дороги, на месте, где стоял больничный барак (на сегодняшнем 8-ом повороте дороги на Вршич), в дикой красоте Юлийских Альп была построена православная часовня с русскими луковицами куполов. Это был жест уважения к памяти погибших, и в то же время, это было возведение храма надежды в тяжелейших жизненных испытаниях, в которых проверяется истинная человечность. Строительство часовни в исторических источниках впервые упоминается лишь в 1931 году, учительницей из Краньской Горы Ивицей Рупник. В одном из самых тяжелых испытаний, которые выпадают на долю человека - в войне, самое главное, чтобы человек сохранил внутреннее спокойствие и собранность, а для этого необходимо, не потерять надежду выжить - телесно, духовно и душевно. Поэтому у священников в военное время работы всегда хватало. Солдату, чья жизнь постоянно висела на волоске, важно было не только сохранить веру в себя, в возможность своего материального продолжения, но и не утратить глубокой веры в жизнь вечную. Участники боев на реке Соче, как и те, что находились в ближайшем тылу и были связаны с военными действиями, в основ-ном были католической веры, поэтому им были близки католические храмы Словении. Они находили душевный мир и утешение в общении с католическими священниками. Военнопленные же - православные русские - собранные здесь в большом числе, вероятно хотели, чтобы прямо на Вршиче находился их собственный храм. Как протекало строительство часовни до сих пор не известно. Мы знаем, что и солдаты из Боснии, мусульмане, в Логе под Мангртом построили мусульманский молельный дом.74)

Кладбище может многое рассказать о судьбе отдельного края. На Краньскогорском церковном кладбище было очень много солдатских могил. Осенью 1915 года возникла необходимость выбора места для военного кладбища. У подножья горы Витранц, на так наз., Подлесе, военное командование забрало землю у местного крестьянина Якля-Шпана, и на 300 квадратных метрах этого участка было сделано «солдатское кладбище». Вплоть до 1937 г., когда были окончательно перезахоронили все останки с этого кладбища, местные жители на День всех святых (день поминовения мертвых) уважительно поминали здесь своих ближних. Посреди кладбищенской территории стоял большой деревянный крест, а над входом висела надпись: Resurrecturis - воскресение из мертвых. На кладбище было 164 могилы, на каждой было написано имя погибшего, дата смерти и национальность, а также, кем был умерший: артиллеристом, пехотинецем или русским военнопленным. Первый русский, которого здесь похоронили был Иван Пирманов, умерший 9. 2. 1916 г. Всего там было захоронено 68 русских воинов.75)

Когда была построена часовня, печальный памятник бессмысленности войны, вокруг нее собрались все русские военнопленные, австрийские солдаты и штатские строители дороги на Вршич. Так, накануне праздника Всех святых, часовня начала служить своему предназначению. Сохранилась единственная фотография, сделанная сразу после окончания строительства или год спустя, напоминающая об этом событии - живом свидетельстве уважительного отношения к погибшим воинам, которым не довелось лечь в родную землю. На фотографии - представители различных национальностей, люди, оказавшиеся в той войне по разные стороны фронта, но то, что они сфотографировались вместе, говорит об их солидарности и взаимопомощи в тех условиях. Трудно кого-нибудь заставить насильно фотографироваться вместе: от этого старого фото веет искренним чувством, берущей за душу человечностью. В центре мы видим пожилого человека, вероятно, австро-венгерского офицера, с белой собачкой на руках; вряд ли бы он взял ее с собой, если бы хоть немного не сочувствовал душевному состоянию солдат противника, оказавшимся на чужбине и в неволе. Может быть все же бытующее мнение о том, что охранники всегда, во всех ситуациях, плохо обращались с пленными, является несколько преувеличенным?

В 1937 году останки русских военнопленных с «солдатского кладбища» в Краньской Горе перезахоронили в братскую могилу у Русской часовни, и тогда строитель Иосип Славец поставил к могиле каменный обелиск, с надписью на русском языке «Сынам России». Туда же захоронили останки, найденные при реконструкции дороги на Вршич.76) Православные верующие и русские эмигранты, живущие в Словении, стали приезжать к часовне. Возле часовни осуществлялись также церковные обряды, которые были обычно приурочены к дню св. Владимира, в последнее воскресенье июля. В горах, в райской красоте под Триглавом, тогда приятно и тепло. В Краньской Горе в это время обычно душно и жарко, а здесь, в тени, всегда веет свежестью. За прошедшие десятилетия лесная поляна, на которой построили часовню, заросла. Высокие деревья, обступившие часовню с многочисленными ступенями, поднимающимися к ее входу, овили ее покоем и лесной прохладой. Вечный покой обрели здесь и наши славянские братья, пришедшие с обеих сторон Урала.

Славянство

Торжественное собрание перед Русской часовней в 1916 или 1917 гг.: на переднем плане сидит офицер австро-венгерской армии, держа на руках маленькую белую собачку, вокруг солдаты и множество русских военнопленных. Общая фотография собравшихся является свидетельством их терпимости и терпения, с которым они готовы были дождаться окончания выпавшего им в жизни страшного испытания войной.

 

Сколько русских жертв

Так сколько же жертв было среди русских военнопленных, строивших дорогу на Вршич, призванную обеспечить бесперебойное снабжение всем необходимым фронта и тыла на реке Соче? Цифры в различных источниках сообщаются разные, есть даже сообщение о 10.000 погибших, однако, здесь вы имеем дело с существенной ошибкой - таково было приблизительное количество всех русских военнопленных, находившихся там. Эта ошибка тянется от записей писателя Уроша Зупанчича уже долгие годы.77) На основании сохранившихся захоронений невозможно судить о количестве русских жертв. На более широких участках вдоль дороги на Вршич (напр., на 8-ом и 25-ом поворотах серпантина дороги) были организованы многочисленные больницы и лазареты, несколько полевых госпиталей было и в самой Краньской Горе, и, конечно, больные умирали в них массами. В войну, при недостатке продуктов питания, а также скромных возможностях тогдашней медицины больным часто не могли ничем помочь. Собратья и товарищи по несчастью хоронили умерших прямо у дороги, поставив на могильный холм православный деревянный крест. Время уничтожило дерево крестов, могильные холмы сгладились и заросли травой, а останки несчастных до сих пор лежат в нашей земле, тропы, по которым ходят любители гор буквально вымощены их костями.

Строительство дороги и ее обустройство продолжалось приблизительно два с половиной года. Зимние месяцы для всех участников строительства были, конечно, самими трудными. В бараках среди гор, при скудной пище и плохом отоплении, мороз до костей пробирал истощенные тела. Славянские юноши, которых в 1914 - 1915 гг. на западе русской империи матери с горьким объятием проводили на фронт в Галицию, Силезию, Бессарабию, Польшу, Белорусию и Украину, сполна вкусили тяготы войны - самого большого несчастья для человека. С таким же материнским прощальным поцелуем на челе ехали и другие славянские мужья и сыновья по дороге через Вршич на фронт. За долгие 29 месяцев военных действий и двенадцать наступлений фронта на реке Соче на полях его сражений нашло свое последнее пристанище десять тысяч человек. Трагические воспоминания об этих сражениях до сих пор бережно хранит семейное предание и старые пожелтевшие фотографии во многих словенских семьях. Моего деда по отцовской линии, Рудолфа Зупанича (1898-1964), тоже послали туда, но ему повезло, он выжил...78)

Количество жертв русских пленных при строительстве дороги через Вршич оценивается военными специалистами в сто человек, это кроме (приблизительно) трехсот погибших под снежными лавинами в марте 1916 и в мае 1917 гг. Настоящий анализ несколько развеивает драматизированную традицию именования дороги на Вршич «дорогой смерти».

По окончании войны, несмотря на репатриацию (в августе 1918 г.), многие русские военнопленные, из-за произошедшей социалистической революции в России, предпочли остаться в Словении. Печально пели они свои, полные страдания и чувства русские песни, селились в основном по деревням, чтобы заниматься крестьянским трудом, или зарабатывали себе на хлеб мелким ремесленничеством.79) Между тем, в Словению и в образовавшееся после войны государство Югославию, после установления нового послевоенного разграничения между Югославией, Австрией и Италией с октября 1921 года начали приезжать на постоянное жительство новые русские эмигранты. Многие из них нашли службу на рапальской границе или в качестве финансовых работников. Большинство из них были солдатами и офицерами армии генерала Врангеля, боровшегося против большевиков.80)

 

Дорога через Вршич после войны

В 1936 г. строитель Йосип Славец (1901-1978) занимался строительством нового участка дороги от 8-ого поворота дороги, где стоит Русская часовня, до Дома в Лесу. Старая часть дороги полностью пришла в негодность.

Тогда-то Йосип Славец, залюбовавшись красотой могучей Шкрлатицы, решил поставить себе дом в пяти минутах ходьбы от часовни, под массивом Присанка, над 9-ым поворотом дороги, до сих пор именуемым местными любителями гор, Славчев.81) Как ближайшие соседи часовни, потомки Славца вот уже 70 лет считают своим моральным долгом заботиться о последнем пристанище погибших славянских братьев. В духе такого понимания своего долга, сын строителя Йосипа Славца, Саша Славец (род. 1929), в 1992 году выступил инициатором оживления словенско-российских связей, которые через 15 лет после этого, в 2006 году, с реставрацией Русской часовни пережили кульминацию своего развития. Традиция морального защитника расположенной по соседству часовни в семье Славцев продолжает внук Йосипа, Алеш, который будет и дальше хранить традицию, проявляя заботу об обновленном памятнике для будущих поколений.

Вернемся к тому, с чего мы начали свои размышления: ради предостережения и в память о войне, сто лет назад сильно повлиявшей на течение мировой истории, стоит на краньскогорской стороне дороги через Вршич под Русской часовней (на высоте примерно 1000 м над уровнем моря) на каменной стене, высящейся у дороги - большой, так называемый, Русский крест. Между 1915 и 1916 гг. его поставил австрийский офицер. Под ним прибита бронзовая доска с выбитыми на ней строками австрийского поэта Петра Россегера:82)

На север
иль на юг пойдёшь -
всё к цели
попадёшь.
В бой идти Иль в
мире жить - Божьей
воле То решить. 83)

 

Благодарность

Выражаю искреннюю благодарность за сотрудничество и помощь в подготовке, офор-млении и подборке фотоматериалов для статьи Францу Малешичу, маг. Томажу Будковичу, маг. Марку Мугерли, д-ру Янезу Бурнику, Виду Черне и д-ру Петре Свольшак. Благодарю также сотрудников всех учреждений, помогавших мне в работе над статьей: работников Верхнесавского музея в Есеницах, Триглавской музейной коллекции из Мойстраны, Гореньского музея из Краня, Музея в Кромберке из Горицы, а также Музея новейшей истории в Любляне. За публикацию некоторых фотографий благодарю также Марко Симича и издательства «Mohorjeva-Hermagoras» во главе с их руководителем Францем Каттингом.

Славянство

Русская часовня.

Примечания

* Доц. д-р Звонка Зупанич Славец, д-р мед., Институт истории медицины Медицинского факультета Университета в Любляне, e-mail: zvonka.slavec@gmail.com

1)  Сказка о Златороге была впервые записана в 1868 г. в поэме Рудольфа Баумаха. Литературную обработку сказки делали разные писатели: Карел Дежман, Антон Ашкерц, Фран Селешки Финжгар и Антон Фунтек.

2) Тине Михелич, Краньска Гора - путеводитель по горам для походников. (Tine Mihelic, Kranjska Gora, planinski izletniski vodnik) Ljubljana: PZS, 2004: 29-32).

3) Ирена Церар-Драшлер, Сказочные дороги Словении. (Irena Cerar-Drasler, Pravljicne poti Slovenije. Ljubljana: Sidarta, 2004: 151-165).

4) Иван Шавли, У истоков Сочи. (Ivan Savli, Ob izviru Soce. V: Svet pod Triglavom, PD Jesenice, 1954: 14.) Сохранился горестный рассказ об одной хозяйке из Тренты, которая не знала уже даже как печется хлеб ...

5) Мирко Рупел. Хрестоматия Вальвазора. (Mirko Rupel, Valvasorjevo berilo. 2. izd. Ljubljana: MK, 1969: 37.)

6) Антон Блажей, Как строили дорогу на Вршич. (Anton Blazej, Kako so gradili cesto na Vrsic. V: Planinski vestnik (1952), letnik 52: St. 3, 125.)

7) Ирена Церар-Драшлер, там же, с. 153.

8) Бельсазар Аке (Baitazar Hacquet, в: Veliki splosni leksikon, DZS, электронный источник, 2003. Главное его произведение Oryctographia carniolica (1778-89). В последнее десятилетие его имя все чаще записывают в бретонской форме, Belsazar, так же оно записано и на мемориальной доске в Любляне.

9) Сэр Хамфри Дэви (Sir Humphry Davy), в: Veliki splosni leksikon, DZS, электронный источник, 2003.

10) Тоне Врабар, Трента (Tone Wraber, Trenta. в: Enciklopedija Slovenije, zv. 13. Ljubljana: MK, 1999: 325.) Albert Bois de Chesne - Инженер, образование получил в Швейцарии, сын лесоторговца, работавшего в Славонии. После смерти отца в 1925 г. семья переехала в Триест. Тогда он и сумел реализовать свою давнюю мечту - купил в Тренте участок земли и начал разводить там Альпийский ботанический сад.

11) Яка Чоп, Трента и Соча: долина, горы и люди. (Jaka Сор, Trenta in Soca: doline, gore in Ijudje. Ljubljana: Kmecki glas, 1996: 139.)

12) Юлиус Куги (Julius Kugy), в: Veliki splosni leksikon, DZS, электронный источник, 2003. Куги был также большим торговцем из Триеста. Немецкое издание Aus dem Leben eines Bergsteigers, 1925, была переведа на словенский язык в 1968 (Zalozba Obzorja, Maribor).

13) Хенрик Тума (Henrik Тита), в: Veliki splosni leksikon, DZS, электронный источник, 2003. Словенский политик, публицист, судья и адвокат; с 1895 г. неоднократно избирался депутатом от Горицы, а в 1900 г. совместно с А. Габршчком основал Национальную прогрессивную партию; видный альпинист и систематический исследователь топонимики Юлийских Альп. Книги: «Значение и развитие альпинизма» и «Моя жизнь». (Pomen in razvoj alpinizma (1930), lz mojega zivljenja (1937)).

14) Йоже Добник, Путеводитель по горным потоянкам Словении (Joze Dobnik, Vodnik ро planinskih postojankah v Sloveniji. Ljubljana: PZS, 1998, str. 30, (30. julija 1901).

15) На перевале когда-то было небольшое озеро, которое называлось Озеро в Мочилах.

16) Габриэль Шауманн, Вальтер Шауманн (Gabriele Schaumann, Walther Schaumann, Unterwegs zwischen Save und Soca: aufden Spuren der Isonzofront 1915-1917: Klagenfurt, Laibach, Wien: Hermagoras-Mohorjeva, 2005, 123.)

17) Йоже Добник, там же, с. 26.

18) Урош Жупанчич, Пятьдесят лет русской дороги через Вршич (1611 м). 10.000 погибших и пострадавших. (Uros Zupancic, Petdeset let ruske ceslepreko Vrsica (1611 m). 10.000 umrlih in ponesrecenih. Nedeljski dnevnik, 2. april 1967.)

19) Антон Блажей, там же, с. 126.

20) Антон Блажей, там же, с. 125-128.

21) Петра Свольшак, Первая мировая война. (Petra Svoljsak, Prva svetovna vojna. В: Enciklopedija Slovenije, zv. 9. Ljubljana: MK, 1995: 398-409.)

22) Петра Свольшак, Попытка оценки потерь среди военных и жертв среди мирного населения в первую мировую войну. (Petra Svoljsak, Poskus осепе vojaskih in civilnih izgub (irtev) med I. svetovno vqjno, Случаи массовых человеческих потерь в Словении, Сборник рефератов 29-ого совещания словенских историков. / Mnozicne smrti па Slovenskem, zbornik referatov, 29. zborovanje slovenskih zgodovinarjev, Izola 22.-24. 10. 1998. Ljubljana: Zveza zgodovinskih drustev Slovenije, 1998, 225-240.) Всего в период первой мировой войны погибло 35.000 военных; однако, трудно сказать какое количество их пало именно на «Сошском фронте».

23) По мнению маг. Томажа Будковича.

24) Позиционная война.

25) В 10-ой армии сражались также боснийцы, о чем напоминает установленный им памятник и кладбище в местечке Лог переименованное  под Мангртом. Вршичское отделение относилось сначала группе войск под командованием Рора, затем в 10-ю армию.

26) Николай Сафонов, Драго Седмак, Петра Свольшак. «Фронт на реке Соче» (Nikolaj Safonov, Drago Sedmak, Petra Svoljsak. Soskafronta. B: Enciklopedija Slovenije, zv. 12. Ljubljana: MK, 1998: 159-172.) См. также: Фронт на реке Соче (Soskafronta. В: Veliki plosni leksikon, DZS, электронный источник); а также: Владимир Градник, Кровавое Посочье (Vladimir Gradnik, Krvavo Posocje. Trst-Koper: ZTT-Lipa, 1977: 284-286); а также: иван Хмелак: Фронт на реке Соче (Ivan Hmelak: Soskafronta. Koper: Zalozba Lipa, 1968.)

27) Rauchensteiner, M 1998: Osterreich-Ungarn und der Erste Weltkrieg 1914-1918 (bildband) Steirische Verlagsgesellschaft, 238-239. Kern, L, Weiland, H, In Feindeshand (zweiter band).

28) Herausgeben von der »Bundesvereinigung der ehemaligen Osterreichischen Kriegsgefangenen« Wien: 214.

29) Ясна Фишер, «Русские» военнопленные на словенских территориях, 1914-1918 гг. (Jasna Fischer, »Ruski« vojni ujetniki па slovenskem ozemlju, 1914-1918. В: Поверх барьеров - стремление к углублению связей между народами и культурами Словении и Российской Федерации. (Nad pregradami - prizadevanja za poglobitev stikov med narodi in kulturami Slovenije in Ruske federacije. Ljubljana: Drustvo Slovenija - Rusija: 133-136.)

30) Kern, L, Weiland, H., там же, с. 214.

31) Что затем происходило с военнопленными, можно прочитать в докладе Герберта Робиша (Herbert Robisch »Die Kriegsgefangenen Situation am Isonzo in der Wochein« s srecanja zdruzenja »ARGE Feld-und Zensurpost 1914-18«, Radovljica 2006).

32) Йоже Пирьевец, «Русские» военнопленные. (Joze Pirjevec, »Ruski« vojni ujetniki. Primorske novice 53, 30. julij 1999, с 26;)

33) Источник: Географическая карта Grenzen des engeren und weiteren Kriegsgebieten, масштаб 1:3.000.000, изданная, вероятно, в 1916 г., без указания издателя.

34) Младострелки - Jungschiitzen - молодые стрелки-добровольцы, сразу после объявления Италией войны, прошедшие ускоренную военную подготовку и замещавшие регулярную армию на итальянском фронте - их использовали на более спокойных участках фронта.

35) Томаж Будкович, Бохинь 1914-1918, между фронтом и тылом. (Tomaz Budkovic, Bohinj 1914-1918, medfronto in zaledjem. Mohorjeva Celovec - 1998).

36)   Ивица Рупник, История Краньскои Горы и ее окрестностей (Ivica Rupnik, Zgodovina Kranjske gore in okolisa. B: Gorenjska letoviska, industrijska, trgovska, obrtna. Novo mesto: Progres, 1931: 170-174.)

37) Франц Уран, Как строили дорогу на Вршич. (Franc Uran, Kako seje delala cesta na Vrsic. Planinski vestnik XIII/1957, 156.)

38) Ивица Рупник, там же, с. 173.

39) Ясна Фишер, там же, с. 134.

40) Дамьян Гуштин, Военнопленный. (Damijan Gustin, Vojni ujetnik, v: Enciklopedija Slovenije, zv. 14. Ljubljana: MK, 2000, 328-329.)

41)    Даворин Вуга, Дорога на Вршич и Русская часовня. (Davorin Vuga, Vrsiska cesta in Ruska kapelica. Pionir 1984/1985, st. 9: 8-10.)

42) Иван Арих, Как строилась дорога на Вршич. (Ivan Arih, Kako so gradili cesto nr Vrsic. Planinski vestnik VIII/1952, 125-128.) О строительстве дороги писал также упомянутый нами Франц Уран.

43) Антон Блажей, там же, с. 128.

44) Франц Уран, там же, с. 157-158.

45) Маршрут, по которому была проведена канатная дорога, взят нами с военной карты 1917 года, квалифицированной как военная тайна, проходившая под грифом «совершенно секретно». (Габриэль Шауманн, Вальтер Шауманн, там же, с. 293.)

46) Габриэль Шауманн, Вальтер Шауманн, там же, с. 125.

47) Антон Блажей, там же, с. 127.

48) Вид Черне, там же, с. 16.

49) Петра Свольшак, Соча, святая река. Итальянская оккупация словенских территорий в 1915-1917 гг. (Petra Svoljsak, Soca, sveta reka. Ilalijanska zasedba slovenskega ozemlja 1915-1917. Ljubljana 2003.)

50) Франц Уран, там же, с. 157.

51) При этом возникает вопрос, делалось ли это с разрешения австрийского командования, из-за возможности загрязнения воды.

52) Рупник Ивица, там же, с. 173.

53) Вид Черне, Деревня Боровшка - монография о Краньской Горе (Vid Cerne, Borovska vas - monograflja о Kranjski Gori. Kranjska Gora: Turisticno drustvo, 1992, 18.)

54) Франц Уран, с. 157.

55) Франц Уран, там же, с. 158.

56) Франц Уран там же, с. 159-161. См также: Власта Фельц, Лавина смела с лица земли памятник, покорежила конструции и накрыл собой более сотни человек. (Vlasta Felc, Plazje pometel spomenik, zverizil konstrukcije in pokopal vec sto ljudi. Delo 38, St. 66, 20 marec 1996, str. 16.)

57) Ивица Рупник, там же, с. 173. Ее описание более сжато и во многом не совпадает с другими данными.

58) Грегор Жерьяв, (Gregor Zerjav, v: Slovenec, 7. aprila 1937.)

59) Йосип Вольц, Дополнения к хронике приходской церкви в Краньской Горе. (Josip Voljc, Doneski k zupnijski kroniki Kranjska Gora, в: Вид Черне, там же, с. 27-59).

60) Франц Уран, там же, с. 159.

61) Объяснение маг. Томажа Будковича.

62) Франц Уран, там же, с. 159.

63) Станко Хрибар, К истории горно-спасательных работ в словенских горах до второй мировой войны. (Stanko Hribar, Prispevek k zgodovini resevanja v slovenskih gorah do druge svetovne vojne. B: III. zbornik 1912-1997 Gorska resevalna sluzba Slovenije, Ljubljana: PZS, 1997: 53.) Дата приводится также Видом Черне, там же, с. 16.

64) Вид Черне, там же, с. 20; Ивица Рупник в «Истории Краньской Горы» приводит: 182 пленных, 80 австрийских охранников. Иосип Вольц в «Истории Краньской Горы»: 170 военнопленных и 40 австрийских охранников. Иван Арих в «Металлурге»: 300 военнопленных и 40 австрийских охранников. Устные свидетельства говорят в общей сложности о 600 погибших.

65) Osterreichische Staatsarchiv-Kriegsarchiv, Neue Feldacten, К 106; выражаем особую благодарность маг. Марку Мугерлю за право первой публикации результатов его ценнейших исследований.

66) Osterreichische Staatsarchiv-Kriegsarchiv, Neue Feldacten, К 583.

67) Франце Малешич, Несчастные случаи в период первой мировой войны. (France Malesic, Nesrece medprvo svetovno vojno. В: Память и предостережение гор. Хроника несчастных случаев со человеческими жертвами. (Spomin in opomin gora. Kronika smrtnih nesrec v slovenskih gorah. Radovljica: Didakta, 2005: 93-104.)

68) В Лепене существует даже особое кладбище, где похоронены жертвы снежных лавин, где погребено около 300 австрийских солдат.

69) В этот же день в Тироле снежная лавина засыпала более 10.000 австрийских и итальянских солдат.

70) Франце Малешич, там же, с. 101. См. также Hermann Czant, Der Gebirgskrieg im I. Weltkrieg, v: Die geschichtliche Entwkklung des Osterreichischen Heeresbergfuhrers und dessen Wirken im Wandel der Zeiten.

71) Д-р Матко передал письмо местному обществу любителей гор в 1966 году, а общество подарило его тогдашнему музею гор в Есеницах, экспозицию для которого собирал Урош Жупанчич.

72) Марко Симич, там же, с. 74-75.

73) Франц Михелич, там же, с.103. Сохранились также записи, согласно которым в 1917 или 1918 гг. целый отряд из 50 человек, русских пленных, провалился в карстовую пешеру возле местечка Цингалца (1307 м) в Терновском лесу: копая водопровод для водосборника, они пробили свод карстовой пешеры. Это место, возле Цингалци, до сих пор называется У русских бараков. Однако, этих жертв мы не можем учитывать, говоря о жертвах на строительстве дороги на Вршич.

74) Газета «Доброе утро». (Dobro jutro, 6, 23. 6. 2007.) О люблянском исламском культурном центре или о мечети. Фротографию молельного дома хранит у себя муфтий Мусульманского религиозного сообщества в Любляне, Неджад Грабус.

75) Вид Черне, Наш сосед Витранц. (Vid Cerne, Nas sosed Vitranc. Kranjska Gora, samozalozba: 2006, 33-34). На военном кладбище были могилы солдат других национальностей: там были похоронены: 41 итальянец, 39 австрийцев, 12 сербов, 1 черногорец, национальность троих не была указана. На могилах семи австрийцев, похороненых 16. 1. 1917, на кресте было написано »Lawine« (лавина).

76) По преданию семьи Йосипа и Саши Славцев.

77) Ясна Фишер, там же, с. 134.

78) О пережитом фронте напоминала только его всегда слегка наклоненая в сторону голова - последствие ранения: пуля задела шейные позвонки. Тяжело раненого, с «сошского фронта» его повезли в госпиталь куда-то в Венгрию. После выздоровления он попал в Марибор (там были его родные места), где сразу вновь бьш мобилизован как «воин Майстра» на северную границу.

79) В Краньской Горе еще помнят сапожника, который изготавливал цокли; делал он их исключительно из дерева каштана, поэтому в деревне начали ходить слухи, будто бы скоро совсем каштанов не будет, русский, мол, их все извел на цокли.

80) Вид Черне, там же, с. 17.

81) Купленная земля принадлежала жене Римла, известной жительнице Краньской Горы, Драгице Хрибар.

82) Ob nach Norden, / ob nach Suden, /Jede Strasse fuhrt / zum Ziele. / Ob zum Kampfe, / ob zum Frieden, / dass entscheidet / Gotteswiele.

83) Вид Черне, там же, с. 21.

Печатается по кн.: Русская часовня под перевалом Вршич. В связи с 15-летием словенско-российских встреч (1992-2006). Звонка Зупанич Славец, Петра Тестен. Любляна. 2007.

Русская часовня


Далее читайте:

Словенцы  (хорутане, карантаие, винды, в русской литературе 19 в. — словинцы)

 

 

 

СЛАВЯНСТВО



Яндекс.Метрика

Славянство - форум славянских культур

Гл. редактор Лидия Сычева

Редактор Вячеслав Румянцев