Светлана РЫБАКОВА. Поле русской славы
       > НА ГЛАВНУЮ > ФОРУМ СЛАВЯНСКИХ КУЛЬТУР > СЛАВЯНСТВО >


Светлана РЫБАКОВА. Поле русской славы

2019 г.

Форум славянских культур

 

ФОРУМ СЛАВЯНСКИХ КУЛЬТУР


Славянство
Славянство
Что такое ФСК?
Галерея славянства
Архив 2017 года
Архив 2016 года
Архив 2015 года
Архив 2014 года
Архив 2013 года
Архив 2012 года
Архив 2011 года
Архив 2010 года
Архив 2009 года
Архив 2008 года
Славянские организации и форумы
Библиотека
Выдающиеся славяне
Указатель имен
Авторы проекта

Родственные проекты:
ПОРТАЛ XPOHOC
ФОРУМ

НАРОДЫ:

ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
◆ СЛАВЯНСТВО
АПСУАРА
НАРОД НА ЗЕМЛЕ
ЛЮДИ И СОБЫТИЯ:
ПРАВИТЕЛИ МИРА...
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
БИБЛИОТЕКИ:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ...
Баннеры:
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ

Прочее:

Светлана РЫБАКОВА

Поле русской славы

На илл.: Дмитрий Донской на пути к Куликову полю. Лицевой летописный свод. XVI в.

Однажды я посмотрела видеосюжет, сделанный подругой Таней Огневой, о поездке на Куликово поле прихожан храма святого князя Александра Невского города Тулы. Меня он взволновал, заинтересовал, и очень захотелось поехать и помолиться на святом Куликовом поле. Подумалось, что увидела уже много всего на свете, но ни разу не была в священном месте бессмертного подвига русских воинов на поле Куликовом, описанном в летописях и воспетом на страницах «Задонщины» и «Сказания о Мамаевом побоище». Ведь мало где есть такие чудные музеи под открытым небом.

А время-то у нас началось непростое: молиться всем надо. К тому же распространение странных теорий о том, что битвы на Куликовом поле не было… и прочие безумные глаголы, тоже вызывало недоумение и хотелось увидеть своими глазами общероссийскую святыню.

 Господь осуществил это желание… 21 сентября после ранней службы праздника Рождества Пресвятой Богородицы паломники храма св. Александра Невского во главе с его настоятелем протоиереем Виктором, и с ними автор этого очерка, отправились в путь. Погода была холодная, ветреная, поэтому людей было не очень много: собрались самые жизнерадостные и стойкие молитвенники.

Когда автобус проезжал Тулу, отец Виктор рассказывал о ее святынях, мне, как человеку, впервые попавшему в этот город, слушать было интересно. Оказывается, в центре города на месте фонтанов у нынешнего «Белого дома» стоял кафедральный Спасо-Преображенский собор (1762) на шесть тысяч человек. Далее автобус проехал мимо храма Двенадцати Апостолов, его строителем был кондитер-меценат, праведный Василий Сериков, который позже здесь же и упокоился. По дороге батюшка Виктор спрашивал прихожан, а потом сам же и отвечал на эти вопросы: сколько гор в Туле и сколько рек. Оказалось, что Тула стоит больше чем на семи холмах.

К этому паломничеству присоединились Игорь с Александром - жители Калининграда, но с тульскими корнями. Знатоки отечественной истории, они тоже время от времени делали интересные сообщения. Через некоторое время после этой поездки с прискорбием услышала, что один из калининградцев, Игорь Дмитриевич Гуров, скончался на 56-ом году жизни. В некрологе о нем прочла: «Это был замечательный человек, обладавший редким качеством быть верным и искренним другом. По профессии историк, а по призванию писатель, поэт, борец за правду и достоинство простого русского человека. Игорь Дмитриевич всю жизнь прожил в Калининграде. Много сделал в исследований истории Калининградской области, а также в противостоянии «онемечиванию» самосознания жителей Калининградской области… Но интересы Игоря Дмитриевича были гораздо шире - он много писал по злободневным вопросам всего Русского мира и славянства». Вечная ему память. Казалось бы на миг пересеклись наши пути, а в душе остался отсвет от встречи с прекрасным человеком.

Однако вернемся к нашему повествованию. Уже в дороге узнала, что по преданию массовое захоронение павших русских воинов произошло в месте, называемом Монастырщина, дорогое оружие, и свое и чужое, в панике брошенное врагами, русские, естественно, забрали с собой, а все оставшееся не собранным тогда за протекшие века находили любопытствующие. С конца ХХ века этим вопросом активно занялись археологи, сделанные ими находки украшают экспозицию музея-заповедника «Куликово поле». Особую ценность представляет уникальная коллекция подлинных реликвий, принадлежавших участникам сражения и найденных на месте битвы: предметы вооружения и снаряжения, православные нательные кресты русских воинов, павших в сражении. Коллекция активно пополняется. За последние несколько лет обнаружено свыше 40 находок, относящихся к сражению.

 

* * *

В Монастырщине перед нами возник высокий храм Рождества Пресвятой Богородицы (архитектор А. Г. Бочарников). Как известно, битва произошла в день праздника Рождества Богородицы, и она стала первым общерусским национальным подвигом, сплотившим вокруг Москвы духовные силы народа. За престолом этого храма по преданию находятся захоронения воинов, легших костьми за Русь Святую и веру православную. Построен он был в XIX веке к 500-летнему юбилею победы на Куликовом поле.

Однако до возведения этого храма, разумеется, церковь в честь праздника Рождества Пресвятой Богородицы здесь уже стояла. Согласно Сказанию, после победы на Куликовском поле: "...повелел великий князь Дмитрий после сечи жестокой собрать с поля все тела христианские, ворогом посеченные, и захоронить их в братских могилах. Восемь дней хоронили ратники павших товарищей, а потом каждый из оставшихся в живых принес из Зеленой дубравы по бревну. И воздвигло войско на месте братских могил храм во имя Пресвятой Богородицы».  То же сказание говорит, что царские врата иконостаса в храм были подарены преподобным Сергием Радонежским.

Строительство же каменного храма было начато в 1850 году и продолжалось многие годы, так как велось на личные средства прихожан – небогатых местных жителей.

Накануне празднования 500-летнего юбилея Куликовской битвы (1880) российская газета «Русь» обратилась с воззванием о сборе пожертвований на храм, указывая на «историческое значение храма как священного памятника Куликовской победы». В числе жертвователей числились император Александр II, Троице-Сергиева Лавра, Тульская губернская земская управа, помещики Куликова поля.

После завершения строительства церкви здесь стали совершать регулярные панихиды по погибшим воинам. С 1901 года от храма Рождества Пресвятой Богородицы и «могил воинов» в день Куликовской битвы стал проходить крестный ход до памятника-колонны Дмитрию Донскому на Красном холме. В 30-е годы XX века храм был закрыт.

В 1977  году в связи с подготовкой 600-летнего юбилея битвы (1980) архитектором О. В. Череватой был выполнен проект реставрации храма. В 1990-х годах храм был в совместном пользовании общины верующих и музея, и в 2001 его повторно освятил патриарх Московский и всея Руси Алексий II.

Мы вошли под своды церкви Рождества Богородицы. Навстречу нам по лестнице, ведущей с колокольни в притвор, спускалась гудящая толпа старшеклассников. Дети чересчур громко выражали восторг от увиденного наверху, и я сказала им, что храм – особенное место и вести себя здесь надо осторожно, потому как чревато последствиями. Молодежь, как показалось, несколько опешила от такого заявления, а я пошла дальше.

Красный, цвета мученичества, храм внутри оказался белоснежным, даже можно сказать сияющим. Незримый свет исходил и от белокипенных стен, и от золотых иконостасов и светлых иконных образов. В центральной части храма находились особо большие иконы, показалось, что именно такие видела в Третьяковке. И не удивительно, храм ведь является еще и музеем. Отец Виктор на паперти при входе сказал нам, что здесь есть иконы XII века. В правом приделе на аналое увидела старинную икону Богородицы «Неопалимой Купины», может быть это и была та, древнейшая… Сразу подумалось: «Как знаменательно, что именно «Неопалимая Купина» прошла сквозь века до наших времен и теперь освящает  храм Куликова поля». Но у меня нет полной уверенности, что это та самая – двенадцатого века.

Пока мы поклонялись и молились у Богородичных святынь, в храм вошли уже знакомые старшеклассники. Но теперь наши умнички не галдели и не шалили, а тихо за «ящиком» купили свечи и разошлись по храму, чтобы поставить их у икон. А мы с Татьяной увидели ларь, наполненный землей. Находившаяся рядом табличка сообщала, что это земля Куликова поля. Мы, разумеется, взяли с собой немного священной земли. Сейчас она находится у меня под иконами, как добрая память о замечательной поездке на Куликово поле.

За самим храмом открывался великий простор: перелески и поля, уходящие вглубь серого неба. Неподалеку, на месте слияния рек Непрядвы и Дона, белел поклонный Крест, установленный пятнадцать лет назад общиной храма св. князя Александра Невского, с его прихожанами сейчас как раз и паломничала. Именно это место указал летописец, повествуя о Мамаевом побоище.

Справа от храма, на небольшой возвышенности стоял памятник князю Дмитрию Ивановичу Донскому (скульптор О. Комов). Святой благоверный князь, воин Христов, держит меч наперевес, словно преграждая путь на Русь всем врагам видимым и невидимым. По обе стороны дороги - «Аллеи Памяти и Единства», ведущей к монументу, стояли памятные знаки тех городов и земель, чьи предки сложили головы на Куликовом поле.

На них значились очень трогательные надписи: «Воинам, павшим на Куликовом поле за землю матушку – Русь Святую – от благодарных потомков»… «Коломенским ратникам и воеводе Вельямину Микуле Васильевичу. Благодарные земляки»… «Славным защитникам Отечества, воинам земли Калужской»… «Владимирцам – героям Куликовской битвы. От земляков – потомков»… «Ратникам единой дружины Пскова и Полоцка, героически сражавшимся под руководством князя Андрея Олгердовича на Куликовском поле за Землю Русскую. От благодарных жителей Пскова (Россия) и Полоцка (Беларусь)»… «Русским витязям от града Москвы»… Перед глазами ожила вековечная благодарная память русского народа.

 Далее наш дорога потекла к центру Куликова поля, где тогда находился эпицентр сражения.

Автобус-пазик резво пересек теперь уже пересохшее русло реки Смолки, в стороне осталось место Зеленая Дубрава, где располагался Засадный полк, завершивший исход битвы победой русских. Согласно одному из преданий, еще император Петр I Алексеевич, посещая строительство шлюзов на Иван-Озере, осмотрел место Куликовской битвы и приказал заклеймить оставшиеся дубы Зеленой Дубравы, чтобы их не рубили. В наше время от дубравы, как показалось, остались лишь воспоминания.

В Куликовской битве полегло несколько десятков тысяч русских воинов. Для тех времен столько погибших в рати людей - дело неслыханное. Земля так пропиталось кровью павших, что и реки стали от нее красными. Поэтому питьевую воду брали из  источника, находившегося в двенадцати километрах от самого поля. Там «по преданию, целебной водой Дмитрий Донской омывал раны своих воинов после битвы и здесь прощался с ними». С того времени воды реки Прощеная и колодца, получившего название Прощенный, стали считаться священными и целительными. Сегодня река эта превратилась в ручей, протекающий рядом с Прощеным колодцем, вода в котором по сей день считается целебной от разных недугов. В 2001 году источник был освящен Патриархом Московским и Всея Руси Алексием II. Хотя мы туда не ездили, но рассказать об этом святом месте я посчитала необходимым.

Однако вернемся на Куликово поле. Мы быстро углубились в необхватные глазом зелено-золотые просторы. Тяжелое серое небо сразу придвинулось ближе к земле, трава, утерявшая радостную летнюю свежесть, была пожухлой, кое-где виднелся ковыль, расстилавший свои белые пушистые ости. (Это сотрудники музея-заповедника труждаются над возрождением ковыльных просторов). Проехав еще немного, батюшка решил остановить автобус.

По раздолью дикого поля гулял холодный ветер. Под его резкими порывами отец Виктор неспешно, как говорит, благолепно от всей души совершал молебен. И мы молились об укреплении Отечества нашего, о близких людях и всех православных христианах. А затем была отслужена панихида о воинах, отдавших душу свою за Русь. Перечислялись имена воевод, командовавших полками и здесь навсегда оставшихся.

Молитва в таком святом месте, под открытым небом – это нечто особенное. Словно соединяешься душой с теми небесными ратниками, прославленными и неизвестными, но, как веруем, ушедшими отсюда в Царство Небесное… Небо вдруг стало совсем близко. На миг показалось, что оттуда нас видят, и отцам-богатырям приятно оттого, что внуки-правнуки пришли почтить их память именно там, где совершился этот жертвенный подвиг. Было зябко, и пронизывающий ветер задувал свечи, но в душе разливалось тепло и чувство умиротворения: святые предки слышат нас и тоже молятся о своих потомках. Произошло не просто зримое соединение неба и земли где-то у линии горизонта, а невидимое духовное единство миров земного и небесного.

В этой слитности с предшественниками мы становимся по-настоящему сильными, ощущаем себя причастными к своей славной истории, судьбе нашей великой Родины. Ведь в этот день мы чествуем не только церковный праздник Рождества Божией Матери. Но, вспоминая великое событие русского летописания – Мамаево побоище, вкупе мы отмечаем и день рождения нашего земного Отечества. Тогда, по словам историка, на Куликово поле пришли разрозненные полки русских княжеств, а ушла единая Русь. У меня вдруг появилось неисполнимое желание прижать эту землю к сердцу, таким родным показалось мне Куликово поле, и невыразимая радость оттого, что это все мое - и поле, и его героическая история.

В автобусе, храмовый краевед Андрей, стал рассказывать, как происходила битва. Из нашего общего собеседования более всего удивили и заинтересовали неизвестные факты истории боя монаха-воина Пересвета и татарского богатыря Челубея. И я на сайте «Православие.ru» нашла им подтверждение в рассказе епископа Митрофана (Баданина) «Правда о схватке Пересвета и Челубея: То, что не написано в житиях». Решилась привести здесь полностью этот любопытный текст, предполагаю, что многим он покажется интересным.

«Недавно на собеседовании у Святейшего Патриарха я обратил внимание на картину, висящую в его приемной. Это был подлинник картины Павла Рыженко «Победа Пересвета». На полотне изображена знаменитая схватка непобедимого татаро-монгольского богатыря Челубея и нашего Александра Пересвета – монаха, который по особому благословению преподобного Сергия Радонежского вышел со своим собратом Андреем Ослябей на бой на Куликовом поле.

Великая мудрость и прозорливость замечательного русского святого, преподобного Сергия, проявилась в самой сути этой схватки. Это была битва сил света и сил тьмы. И это вовсе не образное выражение, а самое существо событий, произошедших 8 сентября 1380 года.

Когда мы стояли перед этой картиной, один из игуменов Троице-Сергиевой лавры рассказал нам такую историю. В лавре есть монах, который во времена своей юности, как и многие тогда, был увлечен восточными духовными традициями и боевыми искусствами. Когда началась перестройка, он с друзьями решил поехать в Тибет, дабы поступить в какой-нибудь буддийский монастырь. С 1984 года, когда монастыри Тибета открыли для доступа, правда, по ограниченным квотам, туда стало приезжать множество иностранцев. И надо прямо сказать, что к чужеземцам отношение в монастырях было крайне скверное: все-таки это тибетская национальная духовность. Наш будущий монах и его друзья были разочарованы: они так стремились к этому возвышенному учению, к этому братству, духовным подвигам, мантрам и молитвам. Такое отношение продолжалось до тех пор, пока тибетцы не узнали, что перед ними русские. Они стали переговариваться между собой, и в разговоре прозвучало слово «Пересвет». Стали выяснять, и оказалось, что имя этого русского монаха записано в особой святой книге, где фиксируются их важнейшие духовные события. Победа Пересвета занесена туда как событие, которое выпало из привычного хода вещей.

Оказывается, Челубей был не просто опытным воином и богатырем – это был тибетский монах, прошедший подготовку не только в системе боевых искусств Тибета, но и освоивший древнейшую практику боевой магии – Бон-по. В результате он достиг вершин этого посвящения и обрел статус «бессмертного». Словосочетание «Бон-по» можно перевести как «школа боевой магической речи», то есть искусство борьбы, в котором эффективность приемов боя беспредельно возрастает за счет привлечения путем магических заклинаний силы могучих сущностей потустороннего мира – демонов (бесов). В результате человек впускает в себя «силу зверя», или, проще говоря, превращается в единое с демоном существо, некий симбиоз человека и беса, становясь бесноватым. Платой за такую услугу является бессмертная душа человека, которая и после смерти не сможет освободиться от этих жутких посмертных объятий сил тьмы.

Считалось, что такой монах-воин практически непобедим. Количество таких, избранных духами, воинов-тибетцев всегда было крайне невелико, они считались особым явлением в духовной практике Тибета. Поэтому-то Челубей и был выставлен на единоборство с Пересветом – чтобы еще до начала сражения духовно сломить русских.

На известной картине В. М. Васнецова оба воина изображены в доспехах, что искажает глубинный смысл происходившего. Павел Рыженко написал этот сюжет вернее: Пересвет на схватку вышел без доспехов – в облачении русского монаха великой схимы и с копьем в руке. Поэтому он и сам получил тяжелую рану от Челубея. Но «бессмертного» он убил. Это вызвало полное замешательство татарского войска: на их глазах произошло то, чего в принципе не может быть. Нарушился привычный ход вещей, и пошатнулись незыблемые законы языческого мира.

И по сей день служители духов тьмы, мастера восточных единоборств, хранят память о том, что есть некие «русские», у которых есть свой Бог, сила которого неодолима. И этот русский Бог выше всех их богов, и воины этого Бога – непобедимы». (Митрофан (Баданин), еп. Православии.ru).

 

* * *

Совершив молитву на Куликовом поле (это было главной целью нашего паломничества), мы отправились на Красный холм. Во время битвы там по преданию находилась ставка Мамая, а сейчас возвышается старейший монумент воинской славы России - памятник-колонна Дмитрию Донскому и храм-памятник во имя преподобного Сергия Радонежского.

Выехать с поля оказалось не так просто. Наш пазик-вездеход все-таки забуксовал, взбираясь по крутой тропинке с поля на автотрассу. Паломникам пришлось выйти, и тогда он вырулил.

Подъезжая к повороту, ведущему к мемориалу, я увидела памятник. Судя по реакции паломников, недавно здесь установленному. Преподобный Сергий Радонежский благословлял на грядущую битву коленопреклоненного  князя Димитрия Донского.

Сразу вспомнился в Донском монастыре один из немногих уцелевших от разрушения барельеф храма Христа Спасителя, где авва Сергий также посылал князя Димитрия на битву с Мамаем. Видимо, «Куликова страница» столь важна в русской метафизической истории, что невидимым супостатам и посредством взрыва не под силу было уничтожить даже памятник, о ней напоминавший. Еще в молодости, приходя в Донской, обязательно посещала это заветное место. Сохранившиеся барельефы Храма Христа Спасителя вселяли в душу надежду на грядущее пробуждение в людях веры в Воскресшего Христа. И я удовлетворенно думала: «Это знак: Господь нас не оставил». Теперь же, увидев на Тульской земле, отсвет моего московского символа освобождения от ига безбожия, обрадовалась.

Пока я, глядя в окно, рассуждала, автобус остановился неподалеку от белого с зелеными куполами храма преподобного Сергия Радонежского, что на Красном холме. Мы с Татьяной поспешили сначала к нему.

Идея создания храма Сергию Радонежскому на Красном холме возникла в тридцатые годы XIX века, когда общество обсуждало планы мемориализации Куликова поля. Хотели построить памятник-колонну Дмитрию Донскому, храм Сергия Радонежского и дом инвалидов для солдат. Однако в это время был сооружен только памятник-колонна.

На заре ХХ века в судьбе мемориала на Красном холме начался новый этап. В 1901 году в День поминовения воинов, павших в Куликовской битве, местные помещики граф А. В. Олсуфьев и князь М. В. Голицын обратились к епископу Тульскому и Белевскому Питириму с инициативой о создании здесь храма в честь святого Сергия. Эта инициатива была поддержана Синодом и Государем Николаем II. К тому же император сделал личный взнос в пять тысяч рублей золотом.

Архитектором храма стал талантливый молодой зодчий А. В. Щусев. Церковь была задумана им как храм-памятник, составлявший органичный архитектурный ансамбль с обелиском Дмитрию Донскому. Щусев собирался создать внутри музейную экспозицию, рассказывающую о битве. Закладка состоялась в 1913 году, а строительство продолжалось вплоть до октября 1917 года. Храм был освящен только в 1918 году, но работы по его отделке закончены не были.

Все знают, что тогда в жизни России наступило кровавое время. В пору войны и невиданной революции стало не до «преданий старины глубокой». Поначалу в стране воцарилось нигилистическое, пренебрежительное отношение к прошлому, к князьям-феодалам. Развернулось гонение на Церковь, началась борьба с «религиозным дурманом». Все это отразилось на судьбе Куликова поля. О русской святыне заговорили вновь, когда к границам государства подошла очередная большая война. Тогда-то сразу вспомнили о ратных традициях предков. В 1940 году в стране широко отмечалось 560-летие Куликовской битвы. В храме Сергия Радонежского развернули выставку, одновременно закрыв его для богослужений.

А вскоре началась война. В 1941 году, во время битвы под Москвой, заснеженное Куликово поле было «ничейной» землей, разделявшей противников. Непосредственно от военных действий мемориальные сооружения не пострадали, но последующее небрежение и равнодушие и власти и местных жителей к собственной истории сказались на них пагубно. Однако надо отметить, что хотя памятники Куликова поля ветшали и разрушались, но «народная тропа» сюда не зарастала. Люди добирались в эту, тогда почти бездорожную, глушь со всей страны поодиночке и целыми группами.

В 1967 году в храме началась реставрация, а в 1970 году в его южной башне появились музейные экспонаты. Переломным моментом в современной истории Куликова поля считается празднование 600-летней годовщины великой битвы. Оно стало свидетельством роста исторического самосознания народа. В юбилейном 1980 году в отреставрированном храме преподобного Сергия открылся музей, экспозиция которого просуществовала до 2001 года, когда 21 сентября торжественно открылась экспозиция «За землю русскую и веру Христианскую».

В 1992 году, спустя пятьдесят лет от последней, отслуженной в 1940 году литургии, в храме вновь зазвучал голос священника, совершавшего Божественную Литургию. В 2010 году храм Сергия Радонежского был передан в полное ведение Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, и музей на Красном холме прекратил свою работу.

Мы подошли ко входу в храм. Опоясавшие его строительные леса, не мешали рассматривать это архитектурное диво. Храм поразительно напоминал одновременно и церковь, и крепостную стену средневекового городка, и в тоже время казался легким, словно только что спустившимся с небес. Одна его башенка была накрыта привычным куполом, а другая –богатырским шишаком.

Мои наблюдения подтвердились, позже прочитала, что «особенностью храма стало соединение элементов церковной архитектуры с формами крепостного зодчества. Здание состоит из трех объемов: двух боковых башен и собственно церкви. Трехчастная композиция храма как бы перекликалась с сюжетом картины известного русского художника В.М. Васнецова «Богатыри». По некоторым данным, А.В. Щусев планировал, что храм на Красном холме должен был расписывать именно этот художник.

Зодчий задал боковым башням различную друг от друга архитектуру. В письме П.И. Нерадовскому Щусев писал: «Что касается Куликовской церкви, то она выходит по архитектуре очень хорошо. Я изменил верх второй башни, вместо купола – шлем... Оставить обе башни одинаковыми – это ложно, классически, робко...»

 А внутри нетипичность храма отразилась в музейной экспозиции, расположенной в его башнях. Такое в храмах увидишь не часто: в светящихся витринах было довольно много экспонатов, а стоящие под невысокими сводами фигуры русских воинов в ярких доспехах сразу переносили в далекое средневековье.

Небесно-голубая центральная часть храма была расписана сценами Куликовского сражения. А в сводах трапезной - сонм русских святителей и преподобных иноков, святых благоверных князей, ратных людей в молитвенном стоянии просили Царицу Небесную за Русь, то есть за нас, неверных и развращенных.

Впереди высился великолепный пятиярусный иконостас, сделанный из неведомого мне легкого металла, излучающего неяркий, мерцающий свет. Подобны ему были клиросы: легкие высокие киоты с полукруглыми маковками и крестами. Все это вместе делало алтарную часть светящейся, невесомой, устремленной ввысь. Недостижимо словами описать такое «благолепие». Одно можно сказать: Свято-Троицкая Лавра восстановила в этом священном месте храм преподобного Сергия с огромной любовью.

Рядом с храмом на возвышенном месте стояла поклонная колонна. К ней вела устланная каменными плитами березовая аллея. Туда мы и отправились.

Мощный обелиск, славящий память героя Куликовской битвы – московского князя Дмитрия Донского, был вылит из чугуна, высотой тридцать метров, а массой сто десять тонн. Он стал первым памятником на Красном холме.

История его создания, как я узнала, сложилась не в один момент. В первой четверти XIX века под влиянием роста в русском обществе патриотических настроений в после победоносной Отечественной войны 1812 года стала осознаваться необходимость чествования памяти героев Куликовской битвы.

Для сооружения мемориала на Красном холме был объявлен сбор средств по подписке среди населения империи. Однако только лишь в 1849 году на заводе Берда в Петербурге завершили отливку около двухсот чугунных элементов нового памятника, и зимой их перевезли на санях на Куликово поле. Здесь столп-памятник был собран и торжественно открыт 8 сентября 1850 года на Рождество Пресвятой Богородицы – в день Куликовской битвы.

Внешне его формы напоминают триумфальный столб с трехступенчатым основанием. В первом ярусе расположены ниши с надписями и барельефами. В промежутках между ними находятся декоративные украшения – шлемы, мечи, щиты русских воинов. Второй и третий ярусы – ряды сужающихся к верху колонн. Четвертый ярус украшен дубовыми листьями – символ доблести и ратной славы. Венчает колонну золоченая маковка с православным Крестом, «хранителем вселенной».

Памятник Дмитрию Донскому сразу же стал священным символом Куликова поля. А в народном сознании само это место – Красный холм, – особенно после строительства храма Сергию Радонежскому, стало святым, благословленным Богом. И действительно, когда во время Великой Отечественной войны на Куликовом поле проходили бои, столп, несмотря на артиллерийские канонады и авиабомбардировки, остался стоять неповрежденным. Вот такая история.

Чем ближе мы с Татьяной приближались к колонне, тем сильнее становился ветер, даже говорить, чтобы расслышать друг друга, надо было громче. У колонны ветрище и вовсе разбушевался, однако, несмотря на холод, настроение было хорошим. Что ни говори, а радостно видеть, какие значимые дела творили наши предшественники. Одни жизни не жалели за любимую родину, другие в память великих дел «минувших дней» устанавливали грандиозные колонны. И все это во славу не только ушедшего, но и будущего – всем, и ныне живущим, и грядущим поколениям. Это планка, уходящая в небесную высь, безмерно высока, зато мы знаем, к чему стремиться, и будем стараемся стать достойными преемниками наших славных отцов.

Поклонившись колонному кресту, отправились на смотровую площадку. У самого ее края, где на каменной карте показывалось расположение участников битвы, от представшего перед глазами раздолья душу охватил восторг. Снизу огромное поле – как на ладони: склоны и поля, одинокие деревца, кусты, овраги… Отсюда Мамай зорко наблюдал за татарскими войсками и русскими, однако своей погибели, поджидавшей его в Зеленой Дубраве, не заметил. Потому что в дерзости своей забыл, что велик и славен христианский Бог. А русские в этом побоище победили, можно сказать, самих себя, свой страх перед «необоримым ворогом».

И последнее. В святых местах бывает, что случается чудо. Представьте себе, нам тоже довелось его увидеть. В конце сентября холодной осени, под порывистым ветром, на фоне золотых берез, на облетевших уже кустах сирени расцвели голубые бутончики! Не знаю, как это объясняют ботаники, но я для себя сделала вывод, что на священном Куликовом поле законы естествознания над природой не властны.

Мы в этот день не побывали в новом музейном комплексе в Моховом. Могу только привести рассказ о нем другого автора - Михаила Переславцева: «Надо заметить, что открытый буквально на днях музейный комплекс сразу же удивляет неординарностью облика!.. Архитектору (С. Гнедовскому) удалось гармонично вписаться в исторические пейзажи Куликова поля, ничем не нарушить живописную панораму Поля, открывающуюся с  обзорной точки на Красном холме. Благодаря тому, что новый музейный комплекс представляет собой некий «образ» кургана, наклонные крыши которого покрыты обычной травой, сооружение «не бросается» в глаза, а скорее является органичным продолжением естественных для этой местности пейзажей. Однако если на музей взглянуть в птичьего полета, становится ясным, что пассажиры самолетов, пролетающих над Куликовом полем, увидят внизу огромный крест. (Переславцев М. 636-ая годовщина битвы на Куликовом поле).

Пожалуй, это все, что мне хотелось рассказать о своей поездке. Остается только добавить, что после нее Куликово поле стало для меня по-настоящему близкой, родной землей.

 

 

 

 

СЛАВЯНСТВО



Яндекс.Метрика

Славянство - форум славянских культур

Гл. редактор Лидия Сычева

Редактор Вячеслав Румянцев